Что случится если и так отмороженные на всю голову «Коршуны» перестанут испытывать страх? Насколько опасней станут выходки Балагура? И можно ли теперь Листику давать в руки взрывчатку? Насколько сильно раздуется самоуверенность Мажора? Кто знает? Известно лишь одно, жизнь бандитов станет еще труднее. Если останется им эта самая жизнь. Милосердием «Коршуны» никогда не страдали.
Авторы: Соколов Вячеслав Иванович
— Всё путём? — пытается заглянуть через плечо.
— А ты сомневался? — приподнимаю бровь.
— Я? В тебе? Анатолич, если ты меня скрутил, то уж этих то…
«А ведь врёт! Паразит!»
— Врёшь ведь, — усмехаюсь.
— Кто я? — тычет пальцем себе в грудь.
— Ты, ты… — влез Кирилл, — зачем тогда меня убеждал, какой шеф крутой? И как он всех тут порвёт!
— Да я, — неожиданно смутился Вова.
— Хватит! Делом займитесь, — показываю рукой на комнату, — на кухню этих. Надо узнать, где Палыч?
Мужики сноровисто вяжут бандюков и утаскивают на кухню. Женщины так и сидят с закрытыми глазами.
— Всё, можете смотреть.
Открывают глаза и видят меня, всего в белом, на белом… э-э-э… без коня. Но всё равно весь из себя героический. Да я такой!!! Анна Ильинична начинает плакать, а Мила бросается ко мне. Повиснув на шее, начинает целовать и говорить какие-то глупости. Какой я молодец и вообще… Не прерываю! Зачем? Столько интересного про себя узнал… Героическая личность, однако, и Милка титьками трётся… Э-э-э… стоп, отставить. Что-то я увлёкся.
Отстраняюсь, усаживаю девушку на диван и прошу посидеть здесь. Ну, вот начали реветь в голос. Про Палыча вспомнили. Успокаиваю… Всё, пора посмотреть, как там допрос, отправляюсь на кухню… А тут филиал «Нескучного сада». Соловьи-и-и, соловьи-и-и… Поют и бодро так…
Ситуация начала проясняться… После возвращения Палыча с семьёй из отпуска, выяснилось, что его партнёр продал свою долю в ночном клубе. Клуб этот принадлежал им в равных долях и всё бы ничего, но вот свою часть он загнал весьма тёмным личностям. Точнее отдал за долги. Азартные игры до добра не доводят. Палыч предложил выкупить долю своего компаньона и ему даже согласились её продать. Даже не продать, а отдать так… Вот только, было у благодетелей одно пожелание… Свободная продажа наркотиков.
Тут сразу становится понятна такая доброта. Случись что… Кто хозяин? Вы? Берите сухари, тёплое бельё и добро пожаловать на казённые харчи. Ага… Палыч дураком не был и решил просто выкупить долю. Но не тут-то было, кто же такие деньги просто так упустит. Конечно, сперва ему предложили отступного и с весьма приличным наваром. Всё ж окупится.
Но продавать своё детище, отдавая его в руки наркоторговцам, бизнесмен не захотел. Поэтому его захватили и повезли на какую-то недостроенную дачу, а женщин взяли в качестве заложников — чтоб не рыпался. М-дя…
Ещё в процессе повествования позвонил Краснову и, передав трубку Кириллу, велел объяснить дорогу. Сам-то не понял. Сейчас туда стягивались весьма серьёзные силы… Так, надо ехать, но что делать с девушкой и её матерью? Не везти же с собой? Тут зазвонил телефон — это прибыли парни, посланные Красновым. Вот их тут и оставим. Отдаю распоряжение, чтоб вызвали кого-нибудь увезти избитых бандитов.
Зашёл в комнату к уже переставшим плакать женщинам, и присев перед ними на корточки сказал:
— Анна Ильинична, Мила, с вами останутся эти люди, они позаботятся о вас. А я поеду выручать Сергея Павловича…
— Егорушка! Ты, правда, спасёшь Серёжу? — а в глазах женщины мучительная тревога.
— Не волнуйтесь, всё будет хорошо, — слегка сжимаю её руку. — Сделаю всё возможное.
Разворачиваюсь и иду к выходу. В дверях меня догоняет Мила:
— Егор, спаси папу, пожалуйста! — стоит, прижав руки к груди, и смотрит на меня полными слёз глазами.
— Я же обещал! — прижимаю девушку к себе. — Не бойся малышка. Я верну Палыча.
Улыбка сквозь слёзы:
— Мой Герой! — прижимается своими солёными, от слёз, губами к моим. — Удачи! Береги себя…
Выйдя на улицу, направляемся к машине. Обращаю внимание, что Кирилл какой-то хмурый.
— Что грустишь, друг Кирюха?
— Да вот прикидываю, как наши парни добираться будут и ничего хорошего на ум не приходит…
— В смысле?
Вздыхает и чешет затылок:
— Время уже… Пробки. Только, если кто на окраине был, но это сомнительно, а так часа два-три добираться будут…
— Ептыть… — выдаю в сердцах, — а мы? Сколько нам добираться?
— От нас в ту сторону не должно быть пробок, да и рядом совсем, — чешет в затылке.
— Поехали…
— Егор Анатолич, вы должны понимать, что там не три человека. И все с оружием, — пытается убедить меня. — Если с вами что-нибудь случится, с нас шкуру спустят.
— Не волнуйся, проведём разведку, а когда подтянется Краснов с людьми, ударим, — стараюсь быть убедительным.
Вот только Вова как-то скептически смотрит на меня, но помалкивает. Не верит подлец… Правильно, что не верит, но всё равно
