Если ты — дочь опального герцога, а беззаботная жизнь с родителями в изгнании только радует… уверена, что ничего не изменится? Неожиданное предложение о замужестве, от которого ты хотела отказаться, но судьба решила иначе. На родной замок напали, и ты лишилась не только семьи, но даже памяти. Что делать, когда тени прошлого открыли страшную правду? А если в игру вступило собственное сердце?
Авторы: Алена Федотовская
юной мадемуазель де Лодвиль и тихо сказал:
— Надеюсь, ты достаточно благоразумна и не станешь делать глупостей? — Селина покачала головой. — Или же ты предпочитаешь Бастилию?
— Лучше Бастилия, — прошептала Селина, когда он убрал руку с ее рта. — Ты все равно убьешь меня, так лучше сгореть заживо, чем терпеть твое присутствие.
— Господи, неужели ты так меня ненавидишь?
— Больше, чем ты думаешь.
Не обращая внимания на крики все прибывающих слуг и придворных, Людовик осторожно провел пальцем по щеке Селины, задержался на губах, по подбородку спустился вниз, погладил шею и слегка сжал ладонью ее горло. Селина смотрела на него, широко раскрыв глаза, и молчала.
— Знаешь, мне ничего не стоит надавить здесь немного посильнее, — сказал он и пристально посмотрел ей в глаза.
— Так почему бы тебе не сделать это и не покончить со мной раз и навсегда?
— Боже мой, как соблазнительно звучит, — тихо засмеялся Людовик. — Однако мне хочется сделать совсем другое, — он медленно наклонился к ее лицу и нежно коснулся губами ее губ.
Прервать поцелуй их заставил треск ломающейся двери.
— О Боже, — прошептал король. — С этим пора заканчивать.
Селина обреченно вздохнула и закрыла глаза.
— Что вы делаете? — крикнул Людовик. — Вы в своем уме? Пошли все вон!
Дверь тотчас перестали ломать, и раздался чей-то дрожащий голос:
— С вами все в порядке, ваше величество? Мы слышали выстрел и решили, что попытки повторились…
— Нет, стреляли вовсе не в меня, — Селина открыла глаза и удивленно посмотрела на короля, а он тем временем продолжил, — наверняка кто-нибудь чистил пистолет, и он случайно выстрелил. Завтра же найдите виновника этого шума и доложите мне, а пока пошли все прочь!
— Да, конечно, ваше величество! Спокойной ночи, сир!
Через минуту за дверью стихли последние шаги, однако Людовик не спешил продолжать прерванное занятие. Прижав палец к губам, он весь обратился в слух, и через несколько долгих минут понял, что не ошибся, услышав еще одни медленно удаляющиеся шаги. Довольно улыбнувшись, он вновь посмотрел на Селину.
— Клянусь, еще ни одна девушка не доставляла мне столько неприятностей! — воскликнул он. — Впрочем, — продолжил он уже совсем другим тоном, — мы обсудим это несколько позже. Так на чем мы остановились?
Он снова наклонился к ее губам, однако Селина уперлась ладонями в его грудь. Король недовольно посмотрел на нее:
— Почему тебе так нравится перечить мне во всем?
Но Селина оставила его вопрос без ответа и задала свой:
— Почему ты не выдал меня, Людовик? Почему снова не посадил в Бастилию или не убил меня?
— Никогда не поздно это сделать, — ответил он, улыбаясь. — Да и мое присутствие для тебя хуже смерти.
— Я тебя ненавижу, — вздохнув, сказала Селина.
Король вдруг стал очень усталым и медленно поднялся на ноги:
— Уходи, Селина.
Девушка не могла скрыть своего изумления:
— Ты отпускаешь меня?
— Да. Считай, что я возвращаю долг чести. Теперь мы квиты. Уходи, Селина, — повторил он, — и никогда больше не возвращайся.
— Но мои друзья…
— Ах, да, — Людовик подошел к столу и взял два свитка. — Вот приказы об освобождении Габриэля де Лодвиль и Софи де Ревиньи. Пусть один из твоих слуг отдаст их коменданту Бастилии, он предупрежден. Возьми и уходи, — он протянул ей свитки.
Селина взяла их и задумчиво произнесла:
— Я никогда не пойму тебя, Людовик. Сначала ты убиваешь короля Карла и пытаешься убить меня, а теперь…
— О Господи! — вскричал он и схватил девушку за плечи. — Ты что, совсем меня не слушаешь?! Я не убивал короля, не собирался убивать тебя и отпускаю только потому, что ты сама этого хочешь!
— Да я вовсе не хочу! — в тон ему закричала она и осеклась.
— Неужели? — усмехнулся Людовик и притянул ее к себе. Свитки упали на пол. — Значит, ты не хочешь, чтобы я отпускал тебя? Тогда чего ты хочешь? Я исполню любое твое желание.
— К сожалению, не любое, — ответила Селина. — Ты не можешь повернуть время вспять и воскресить короля.
— До чего же ты упряма, — вздохнул король. — Если не хочешь признаваться в убийстве Карла — не признавайся. Но не стоит обвинять меня в том, чего я не совершал.
— Боже, — сказала девушка, — мы опять вернулись к тому, с чего начали. Теперь я у тебя в руках, Людовик, и, черт возьми, хочу перед смертью услышать твое признание!
— Не все твои последние желания удачны, дорогая. Попроси что-нибудь другое, даже ради тебя я не собираюсь признавать столь очевидную ложь и не понимаю, почему ты упорствуешь в своем стремлении сделать из меня негодяя.
— Потому что я видела тебя в гостиной
