Если ты — дочь опального герцога, а беззаботная жизнь с родителями в изгнании только радует… уверена, что ничего не изменится? Неожиданное предложение о замужестве, от которого ты хотела отказаться, но судьба решила иначе. На родной замок напали, и ты лишилась не только семьи, но даже памяти. Что делать, когда тени прошлого открыли страшную правду? А если в игру вступило собственное сердце?
Авторы: Алена Федотовская
в другом качестве. Но прошу вас, продолжайте.
— Извольте. За вашей матерью давали не слишком большое приданое, но она была очень красива, и в нее влюбились сразу несколько молодых людей, в том числе и дофин Карл, мой отец.
— Его величество! — ахнула Селина.
— Боюсь, он до сих пор не забыл вашу мать, — продолжала Жанна. — Среди прочих молодых людей, добивавшихся ее благосклонности, был и Гийом де Лодвиль, ваш отец. Шарлотта не оказывала ему каких-то особых знаков внимания, тем более странно, что она через несколько месяцев сбежала и вышла за него замуж.
— Сбежала? — Селина была потрясена. — Но почему?!
— Этого никто не знает. В то время она была тайно помолвлена с дофином Карлом, и они собирались открыто объявить об этом, но не успели. Шарлотта Антуанская покинула Париж вместе с герцогом де Лодвиль накануне бала, задуманного в честь ее помолвки с его высочеством. Случился громкий скандал, Карл Анжуйский был вне себя от горя. Через месяц супруги де Лодвиль объявились и попали на аудиенцию к королю. Антуан не стал вменять в вину Шарлотте оскорбление королевской чести, всего лишь запретил ей с супругом бывать при дворе и зарекся впредь заботиться о девушках, оставшихся без попечения семьи. Однако таких больше не объявлялось, вы единственная за последние восемнадцать лет.
Селина в ужасе прижала ладони к лицу.
— Не знаю, как скоро я приду в себя, ваше высочество. Поверьте, совсем не ожидала услышать такое.
— Я вас понимаю, — успокоила ее Жанна. — Вы слишком много пережили за сегодняшний день.
— Благодарю, вы открыли мне глаза, ваше высочество…
— В этом не было никакой тайны, мадемуазель де Лодвиль, все давным-давно известно королевскому двору. Полагаю, ваши родители не хотели огорчать вас подробностями их личной жизни. Зачем же добавлять ложку дегтя в бочку меда?
— Вы правы, но я все же предпочитаю горькую правду самой сладкой лжи. Ваше высочество… Пожалуйста, ответьте мне, почему герцог Анжуйский считает, что моя мать виновна в смерти Марии Английской?
— Людовик очень привязался к моей матери, мы с ним росли как родные брат и сестра. Но король всегда любил только мадам Шарлотту, королева знала об этом и очень страдала, а у нее было больное сердце.
— Ваше высочество…
— Мадемуазель де Лодвиль, я не хочу больше говорить об этом. Мы с Людовиком играли второстепенные роли в этой драме, и я не уверена, что понимали всю сложность ситуации. Я не держу зла ни на вас, ни на мадам Шарлотту. А Людовик… он непримирим и ожесточается, если теряет тех, кого сильно любит. В любви он будет таким же неистовым, как и в ненависти. Если появится женщина, которая растопит его ледяное сердце — она станет самой счастливой на свете. Обычно представительницы прекрасной половины человечества довольствуются лишь неизменной симпатией и рыцарской учтивостью Людовика, но еще ни одна не завладела его сердцем.
— К сожалению, меня он не считает достойной даже обычной учтивости, — грустно заметила Селина. — О симпатии не может быть и речи. Он никогда не поймет, что я невиновна в том, что натворила моя мать, если она виновата в чем-либо.
— Не отчаивайтесь, — посоветовала Жанна. — Людовик упрям, но когда он поймет, что ошибался, вы первая узнаете об этом.
— По-видимому, вы очень хорошо знаете его высочество, — улыбнулась девушка.
— Да, это так. Мы очень дружны с Людовиком, хотя и часто ссоримся. А вот и он, — она посмотрела поверх плеча Селины. — Прошу вас, не оборачивайтесь, сделаем вид, что мы ведем оживленную светскую беседу о погоде или о последней моде на булавки. К тому же принц не один — король со свитой тоже направляется сюда.
Когда топот копыт стал отчетливо слышен в заливистом щебетании птиц, спешивших завершить свои песни до захода солнца, Селина сочла своим долгом слегка развернуть лошадь и посмотреть в сторону приближающихся всадников. Спустя мгновение стало возможным различать их лица.
— У Людовика слишком недовольное выражение лица, — заметила Селина. — Интересно, чем оно вызвано?
— Наверное, ему не удалось перепрыгнуть через овраг, — отозвалась Жанна. — Или же несравненная Изабелла не выкрикнула вовремя «Алле — гоп!».
Девушки одновременно прыснули, но сумели пересилить себя и спрятать улыбки, хотя некоторое время уголки их губ заметно подрагивали.
Король и его спутники подъехали ближе. На Карле был великолепный темно-серый костюм для верховой езды, с опушкой из меха соболя, выгодно оттенявший его красивые глаза. Костюмы многочисленных придворных также отличались роскошью и изысканностью.
— Рад вас видеть, мадемуазель Селина, — с улыбкой произнес король. — Хорошо, что вы приняли мое приглашение
