Если ты — дочь опального герцога, а беззаботная жизнь с родителями в изгнании только радует… уверена, что ничего не изменится? Неожиданное предложение о замужестве, от которого ты хотела отказаться, но судьба решила иначе. На родной замок напали, и ты лишилась не только семьи, но даже памяти. Что делать, когда тени прошлого открыли страшную правду? А если в игру вступило собственное сердце?
Авторы: Алена Федотовская
— Что? — Селина была поражена. — Ваша совесть может быть спокойной?.. О!.. Я вас ненавижу!
Король вздрогнул, но не подал и виду, что его задели ее слова.
— Что ж, это ваше право, — он уже повернулся, чтобы уйти, но, внезапно остановился. — Сегодня меня дважды посетил ваш родственник, герцог де Лодвиль, и во время своего второго визита попросил меня о несколько странном одолжении. — Селина насторожилась. — Он захотел забрать вашу лошадь, причем именно сегодня. Вы что-нибудь знаете об этом?
— Да, и я ничего не имею против.
— Я тоже, и поэтому позволил сделать это. Полагаю, он захотел оставить ее на память о вас.
— Возможно.
— Я последую примеру вашего родственника и оставлю кое-что на память о вас, — он шагнул к ней и резко притянул к себе. — Вот этот поцелуй.
Селина была ошеломлена. Она ожидала чего угодно, но только не этого. Не успела она опомниться, как его губы оторвались от ее губ, и взгляд короля снова встретился с ее взглядом.
— Господи, — прошептал он, — ну почему ты не послушалась меня, Селина?
Девушка ничего не успела ответить — Людовик быстро отпустил ее и скрылся за дверью, не оглядываясь.
«Неужели он действительно хотел, чтобы я осталась в живых? — подумала Селина. — Но почему? Он должен желать моей смерти, так как только я могу раскрыть его секрет. А он предлагает мне побег. Почему? Если только… ну, конечно! Он боится, что, оказавшись завтра перед огромной толпой, я расскажу, кто на самом деле убил короля и пошатну слепое народное доверие и любовь. Боже, если бы я согласилась, меня убили бы в какой-нибудь подворотне, и у меня совсем не осталось шансов на спасение. Как все легко и просто, и не нужно так рисковать, совершая надо мной публичную казнь. Но ты просчитался, Людовик, тебе не представится возможность лицезреть завтра мою смерть. И ты всю жизнь будешь опасаться, что я предам твое преступление огласке. Ты никогда не сможешь чувствовать себя в полной безопасности. Воспоминания о короле Карле будут преследовать вечно, и самое лучшее наказание для тебя».
Скинув платье, она задула свечу и нырнула под одеяло. «Тебе не удастся одержать надо мной верх, Людовик! Никогда, запомни это!».
Неожиданно оказавшись на ярком солнце, Селина зажмурила глаза: окошко в ее камере было так мало, что солнечные лучи почти не проникали туда. Селина с трудом разлепила веки и огляделась. Она была потрясена, увидев огромное количество народу. Ей, всю свою жизнь прожившей в уединенном родовом замке в окружении близких, а потом в небольшом монастыре, где всякий гость считался редкостью, было удивительно лицезреть огромную толпу. Здесь были в основном горожане, но попадались крестьяне, монахи и бродяги. Мелкие дворяне, а также люди более знатных фамилий, расположились за их спинами на невысоком помосте, выстроенном специально для этого. Некоторые знатные персоны прибыли к месту казни в собственных каретах и не собирались покидать их, не желая афишировать свое присутствие, хотя, без сомнения, гербы на дверцах карет выдавали их с головой.
«Неужели столько людей желают видеть меня мертвой? — ужаснулась Селина. — Боже мой, за что?! Что я им сделала? Или же они хотят присутствовать при столь необычном зрелище, которое, без сомнения, развлечет их? Что ж, каков монарх, таков и его народ!».
Девушка еще раз внимательно изучила обстановку. В данную минуту она находилась рядом с Бастилией в окружении восьми стражников, готовых немедленно доставить ее к месту казни по довольно широкой дороге, искусственно созданной двумя рядами гвардейцев, сдерживающих беспокойные народные массы. «Да, Альфред был прав, — мелькнуло у Селины в голове. — По пути туда я не смогла бы убежать, как ни старалась — это просто невозможно». Девушка пыталась всмотреться в лица людей, выглядывавших из-за спин королевской стражи, и понять, что они думают. Некоторые из них смотрели жалостливо, некоторые — со злобой, большинство же глядели настороженно, словно не знали, как относиться к тому, что происходит. Селина вздохнула. «Надеюсь, они не будут препятствовать задуманному нами, — подумала она. — Альфред обещал, что жертв не будет, и я очень надеюсь на это».
— Вот повозка, мадемуазель, — услышала она голос одного из стражников. Он указывал на небольшую телегу, запряженную ослом и устланную соломой. — Вам помочь, мадемуазель?
— Что? — Селина была возмущена до глубины души. — Вы действительно считаете, что я поеду на этой… этой… — она даже не могла подобрать нужных слов. — И не надейтесь!
Стражник был немало удивлен ее реакцией.
— Но, послушайте, так положено, —
