Если ты — дочь опального герцога, а беззаботная жизнь с родителями в изгнании только радует… уверена, что ничего не изменится? Неожиданное предложение о замужестве, от которого ты хотела отказаться, но судьба решила иначе. На родной замок напали, и ты лишилась не только семьи, но даже памяти. Что делать, когда тени прошлого открыли страшную правду? А если в игру вступило собственное сердце?
Авторы: Алена Федотовская
рядом, чтобы защищать вас. Путешествовать одной слишком опасно.
— Ты прав. Я не справлюсь, если уеду одна. Спасибо, Бернар.
Они долго ехали молча, и только топот копыт двух лошадей нарушал тишину. Дорога была пустынна, никто не встретился им и никто не пытался их догнать. Солнце уже давно взошло, и путники могли видеть далеко вперед. Было странно, что окрестности не кишат королевскими ищейками, желающими во что бы то ни стало схватить преступницу номер один и доставить ее дражайшему монарху в качестве подарка или, лучше сказать, десерта. Селина вздохнула, засомневавшись, что Людовик придал значение тому факту, что он остался жить лишь благодаря ее стараниям и по этой причине отозвал своих ищеек. Скорее всего, их отсутствие говорит о том, что короля нашли и теперь, когда он в безопасности, нет причин посылать за беглянкой всю армию. К тому же герцог де Лодвиль и мадемуазель де Ревиньи арестованы, без их помощи юная преступница не сможет покинуть Францию, а поэтому когда-нибудь будет схвачена и казнена. Селина содрогнулась при мысли о том, что король все предусмотрел. Он приказал арестовать ее друзей, будучи уверенным, что она не сможет бросить их в беде и вернется за ними. Если бы Селина знала о заточении Габриэля и Софи, она потребовала бы обменять короля на них, но теперь у нее не осталось такой возможности. Девушка была готова кусать локти с досады: жизнь ее спасителей оказалась в опасности, а она не может ничем им помочь. Или может?
Внезапно Селина осознала, сколько всего произошло с ней за последние несколько дней. Ее жизнь резко переменилась: возвращение ее имени и прав, королевская любовь и королевская опала, обвинение в убийстве, побег, похищение короля и известие об аресте самых близких ей людей. Селина почувствовала, что это слишком даже для нее. Ей захотелось забиться куда-нибудь, почувствовать себя в безопасности и не покидать своего убежища хотя бы неделю. Она корила себя за малодушие, но ничего не могла с собой поделать. Ей было страшно, одиноко и хотелось поплакать на груди у кого-то, кто бы успокоил и защитил от всех бед. И тут ей вспомнился тот, на чьей груди она уже однажды плакала и кто поклялся, что эти слезы будут последними в ее жизни. «Даже в этом ты обманул меня, Людовик. Но скоро ты ответишь мне за все».
Обдумав план мести, Селина исполнилась решимости довести задуманное до конца. Бернар опасливо посмотрел на нее — не случилось бы беды. Однако даже не пытался отговорить свою госпожу — это было бесполезно. Упрямству мадемуазель де Лодвиль можно было только позавидовать.
Солнце оказалось в зените, когда они, наконец, достигли Парижа. Подъезжая к воротам, Бернар придержал коня и оглянулся на Селину. Она верно истолковала его взгляд, надвинула шляпу на самый лоб и постаралась, насколько это было возможно, придать своему стройному телу мужественный вид. Бернар, в душе усмехнувшись ее потугам, решил, что его маленькой женственной госпоже будет сложно изобразить из себя бывалого вояку, скорее она сойдет за мальчика-подростка, однако ничего не сказал и только коротко кивнул ей. Через несколько минут путники достигли городских стен и, не торопясь, въехали в Париж.
Стражники пытливо осмотрели двух молодых людей в запыленной одежде и немедленно поинтересовались целью их прибытия в Париж. Бернар спокойно ответил, что они приехали из близлежащей деревушки повидать свою тетю, живущую на улице Сен-Жак.
— Я и мой брат давно не были в Париже, — продолжал Бернар, изображая из себя словоохотливого деревенского жителя. — Что-нибудь случилось за это время?
— Не знаю, как долго ты не приезжал в столицу, сынок, — усмехнулся стражник, — но случилось очень многое. Жаль, что тебя не было вчера — тут такое происходило!
— Ладно, Жюль, хватит болтать, — резко прервал его напарник, — а вы, если хотите узнать больше, спросите у любого в городе — и все узнаете.
— Что ж, поинтересуюсь-ка я у тетушки Марты. Поехали, Жан, — он махнул рукой Селине, и они вдвоем беспрепятственно проехали мимо. Стражники тотчас забыли про молодых людей, занявшись повозкой с овощами, двигавшейся следом за ними. Едва они отъехали на порядочное расстояние, девушка взволнованно зашептала:
— Зачем тебе нужно было устраивать это представление? А если бы они захотели нас проверить, что тогда?
— Но, госпожа, — обиделся Бернар, — я отвлекал их внимание от вас.
— А если бы им вздумалось о чем-нибудь спросить меня? Что бы они сказали, услышав фальцет вместо баса?
— Думаю, они бы очень удивились, — заметил Бернар, едва сдерживая улыбку.
— И не только.
Селина вздохнула и огляделась по сторонам. Огромные толпы народа заполнили улицы: все обсуждали вчерашнее происшествие.
