Язон динАльт, Мета, Керк Пирр – при одном лишь упоминании этих имен сердце настоящего любителя фантастики начинает биться чаще. Конечно, ведь они – обитатели Мира Смерти, ставшей стараниями Гарри Гаррисона самой известной из затерянных в глубинах космоса «человеческих планет». Всякий, кто читал трилогию «Мир Смерти», расставался с полюбившимися героями с огромной жалостью. Шли годы, и надежда опять повстречаться с ними умирала. И вот наконец благодаря новой книге, написанной Гарри Гаррисоном в соваторстве с Антом Скаландисом, эта фантастическая встреча стала реальностью.
Авторы: Гаррисон Гарри, Скаландис Ант
с круглым зеркальным окошком посередине.
Язон воздержался от передачи в эфир стандартной безадресной тревоги. Мало ли кого занесет на такой сигнал! И предпочел вызвать персонально Мету условленным кодом, который известен только им двоим. Если его боевая подруга не мчится сейчас в кривопространстве, она должна принять сигнал, в какой бы чертовой дали ни находилась. Ну а если все-таки летит именно там – что ж, подождем. Пронзай хоть всю Галактику наискосок, а рано или поздно надо выныривать возле какой-нибудь планетки, используя энергию ее притяжения.
– А джамп-передатчика у тебя с собой нет? – неожиданно спросил Айзон, очевидно, успевший подумать примерно о том же.
– Нет, отец, техника еще не шагнула так далеко. Для джамп-связи требуются существенно другие энергии. Тут карманными атомными батарейками не обойдешься…
Передатчик тихо попискивал, сигналя о том, что работает, но ответ пока не приходил. И, коротая минуты ожидания (с чего он, собственно, решил, что минуты? А если часы, дни? Разве так не бывает?), Язон спросил:
– Отец, а ты не знаешь, почему Фелл, когда я только появился у него во дворце, пялился на мою босую ногу, словно на огромного тарантула?
– Знаю, – хмыкнул Айзон. – Как же не знать! Много лет назад оракул поведал Феллу, что беду и смерть принесет ему некий человек, спустившийся с гор в Иолк и обутый в одну сандалию.
– Кто такой оракул? – решил уточнить Язон.
– Оракулами здесь называют пророков, предсказывающих будущее. – Айзон еще раз хмыкнул. – Теперь-то я чувствую, что и прорицатель этот был совсем не прост. Тоже, небось, свалился к нам с другого конца Галактики через эту черную дыру, как Хайрон…
И тут раздался голос Меты:
– Язон! Где ты, Язон? Я на орбите того объекта, с которого идет твой сигнал. Это планета Иолк?
– Да, Мета, этот мир называется Иолком. Отъюстируй курс по нашему сигналу, я сейчас дам более острый пучок, возьми полградуса южнее и садись в океан. Слышишь меня?
– Слышу. Но не вижу. Я вообще не вижу никакой планеты. Ее не регистрируют приборы, ни один, кроме гравитометра.
– Все нормально, Мета! Делай, как я сказал. Войдешь в атмосферу и сразу все увидишь…
– Хорошо. Ложусь на курс. Конец связи.
– Ну вот, – Айзон в нетерпении потирал ладони. – Теперь мы сможем диктовать ему условия.
– Не горячись, отец, дай во всем разобраться.
– Наверно, ты прав сынок, наверно, ты прав… Ой, что это? Дай попробовать. Сто лет уже не курил.
Мятая пачка сигарет «Стожары» была еще одним обязательным компонентом язоновского НЗ.
Закурив, они оба подошли к окну и увидали, как совсем близко опускается сверкающий теплым титановым блеском граненый купол «Темучина». Опускается тихо-тихо, даже не поднимая брызг. Порывистая, неостановимая, яростная Мета умела быть когда надо аккуратной и нежной.
– Кто она? – спросил Айзон.
– Моя невеста, – с удовольствием ответил Язон, на этот раз почти не погрешив против истины.
Мета едва не оторвала голову несчастному Гваханофабру, когда разутая пятка Язона скрылась в черноте рванавра, увлекая за собой последний клочок этой хитрой субстанции. Мудрец хрипел и бешено вращал глазами, слова не могли прорваться сквозь стальные тиски пиррянских пальцев, ноги в бессильном отчаянии болтались сантиметрах в двадцати над полом пещеры. И только когда скрюченная рука Гваханофабра сумела извлечь из складок балахона таинственно мерцающий в полутьме кристалл, что-то щелкнуло в голове у Меты – она сообразила: если кто и поможет теперь вернуть Язона, так только этот задохлик. И значит, рано ломать ему шею.
Кристалл оказался природным детектором искривления пространства, весьма задолго предупреждающим об активизации участка местности, на котором возможен гиперпространственный переход. Мудрец готов был подарить ей эту игрушку. А окончательно придя в себя, объяснил, что Язон отправлен именно на планету Иолк, что никакие ужасные опасности ему там не угрожают и что вообще это огромная удача – вот так прорваться через рванавр в последние секунды его функциональной активности. А вдвоем они бы все равно уже не успели. Наверняка не успели бы. Так что остается теперь уважаемой Мете только одно – догонять своего спутника обыкновенным способом. В любом случае это будет быстрее.
– Ну представьте себе, – говорил Гваханофабр. – Вы опоздали на последний вертокрыл. Следующий по расписанию только через два дня. Чем ждать его, лучше добраться шестиходом. Ведь правильно?
Очевидно, мудрец забыл, что Мета – не жительница Саанда, и вертокрылы с шестиходами чужды ей еще в большей степени, чем рванавр, но почему-то именно эта его риторика окончательно убедила
