Язон динАльт, Мета, Керк Пирр – при одном лишь упоминании этих имен сердце настоящего любителя фантастики начинает биться чаще. Конечно, ведь они – обитатели Мира Смерти, ставшей стараниями Гарри Гаррисона самой известной из затерянных в глубинах космоса «человеческих планет». Всякий, кто читал трилогию «Мир Смерти», расставался с полюбившимися героями с огромной жалостью. Шли годы, и надежда опять повстречаться с ними умирала. И вот наконец благодаря новой книге, написанной Гарри Гаррисоном в соваторстве с Антом Скаландисом, эта фантастическая встреча стала реальностью.
Авторы: Гаррисон Гарри, Скаландис Ант
и радиопереговорами, но радиоперехватом. Уже это наводило на определенные мысли, а частые вспышки во многих местах на поверхности планеты окончательно подтвердили не слишком оригинальное предположение: ну вот и еще один кандидат на вымирание.
– Как думаешь, – спросил Арчи, с улыбкой прожженного циника обращаясь к Стэну. – Через сколько лет эта голубая сестричка всех цивилизованных миров превратится в очередную Тоску?
– Может, и года не пройдет, – философски заметил Стэн, – а может, они еще и выкарабкаются. Давай-ка попробуем разобраться. Язон, ты согласен? По-моему, от военных скорее получишь информацию, чем от сумасшедших голых девиц.
– Не знаю, не знаю, – усомнился Язон. – Увлечение войной – тоже своего рода сумасшествие.
Неудачный получился намек. Едва ли не все пирряне разом повернулись к нему, рефлекторно поднимая пистолеты.
– Да ладно, бросьте, я не хотел вас обидеть!
И чтобы побыстрее сменить тему, Язон предложил:
– Может, назовем эту планету «Путь-к-тоске»?
Вопрос был, конечно, шуточный. Планета давно имела название. И, слушая радиопереговоры, пирряне довольно быстро узнали его. А заодно и много других полезных сведений.
Раздираемый противоречиями шарик именовали Бипхинией. Но населяли его отнюдь не бипхиники, а бубрики, мемрики, дыдрики и вяврики. По какому принципу население делилось на эти четыре группы, понять не удалось, зато очень скоро стало ясно, что правит всеми враждующими племенами (именно так – всеми одновременно!) один-единственный царь по имени Хомик. То есть это он считал, что правит. В оппозиции к царю стоял неформальный демократический лидер, вождь всех обиженных и замученных – Хаврик, присвоивший сам себе странный, но гордый титул – спикер.
– В переводе со старого английского слово «спикер» означает «тот, кто говорит», – разъяснил Язон.
– Короче, трепло, – Мета дала свой перевод.
Разумеется, спикер Хаврик был уверен, что именно ему подчиняется все население планеты Бипхинии. Однако при внимательном не то что рассмотрении, но даже прослушивании становилось абсолютно ясно: реальной властью в этом безумном мире обладают только полевые командиры, руководящие подразделениями всех четырех сторон. А их многочисленные измученные войною, но ко всему привыкшие отряды в отсутствие четкого централизованного командования вели непрекращающиеся ни днем ни ночью и весьма беспорядочные боевые действия.
– Слушайте, как это может быть? – возмутилась Мета. – Сторон четыре, а лидеров всего два. Или они между собой попарно союзники?
– Ты не поняла, Мета. Они все друг друга ненавидят, – начал терпеливо объяснять Арчи. – И лидеров у них там не два, а сто двадцать два. Просто эти, самые главные, остались, наверно, от каких-то прежних времен. Заметь, они оба не причисляют себя ни к мямрикам, ни к выврикам – ни к кому.
Арчи нарочито путал буквы в названиях враждующих кланов, но эту тонкую шутку, кроме Язона, вряд ли кто еще смог оценить.
– Черт ногу сломит, – проворчала Мета, за последнее время понахватавшаяся древних поговорок от Язона – известного любителя мертвых языков и прочей филологической старины.
– А тебе кто больше нравится? – поинтересовался Стэн. – Мне – бубрики. У них наиболее культурная речь на межъязыке.
– Ну и что? – усмехнулся Язон. – А дыдрики лучше других эсперанто владеют. Значит, они потомки древних имперцев, может, и еще что полезное сохранили от былых знаний.
– Послушайте, нам с ними что, вопросами языкознания заниматься? – сурово осведомился Рес.
– Думаю, нет, – без тени улыбки ответил Керк. – Но придется же с кем-то в переговоры вступить. Вот и выбираем, с кем конкретно.
– А конкретно, я думаю, стоит выходить на контакт непосредственно с царем Хомиком, – сказал Арчи.
– Почему? – удивился Клиф. – Ты же сам сказал, что он тут ничего не решает.
– Ну так нам же не в войне участвовать, а только узнать кое-что, тем более что интересующие нас факты относятся, по понятиям местного населения, к области истории.
– Арчи прав, – поддержал его Язон. – Начинать надо именно с этого.
Однако Арчи следовал в своих рассуждениях формальной логике, и Язон тоже, а на планете Бипхиния как раз с логикой было не все в порядке. Поэтому с самим Хомиком поговорить никому не удалось, а вот в военных действиях поучаствовать как раз пришлось.
Личный референт Хомика категорически отверг любые контакты с инопланетными кораблями.
– Это вмешательство во внутренние дела планеты Бипхинии! – надрывался он в эфире. – И я требую от вас немедленно покинуть орбиту. Иначе мы будем жаловаться в Высший Совет Лиги Миров. Ваше присутствие в такой пугающей близости от нашей ионосферы является
