Неукротимая планета Пирр так и остается Миром Смерти, тайна его не разгадана, природа его по-прежнему непобедима и непредсказуема. Но бесконечная война с мутирующими тварями постепенно теряет смысл, взоры людей на Пирре все чаще обрадаются к другим планетам Глактики.
Авторы: Гаррисон Гарри, Скаландис Ант
все равно что, играя в рулетку, ставить снова на ту же цифру, которая выпала в предыдущем коне.
– Нет, Язон, я не боюсь спугнуть удачу. Я уже не первый раз так делаю, и пришел к выводу, что наглость города берет. Есть такая древняя поговорка.
Язон не успел сказать, что в древности поговорка звучала несколько иначе, поскольку Морган неожиданно добавил:
– Но ведь ты совсем не об этом хотел спросить меня. Тебя сильнее всего волнует, отпущу ли я домой девчонку. Правильно?
Язон кивнул.
– Так вот: на этот вопрос у меня еще нет ответа. Мне надо кое с кем посоветоваться.
– На корабле или по радио? – решил уточнить Язон, раз уж пошли такие откровения.
– Ни то и не другое. Я должен встретиться лично с одним человеком на Одемире. Тебе не надо знать его имени, но разговаривать мы пойдем вместе. Обязательно.
Странная это была информация, но больше Морган ничего объяснить не соизволил. Однако Язон и так догадался, что вовсе не ради очередного разбоя будут они выходить из кривопространства возле Гаммы Бронтозавра, а именно ради этой встречи.
– Ладно, поговорили – и хорошо, – заключил Морган. – Теперь пора переходить к физическим упражнениям. Сейчас дадим объявление, и попрошу-ка я Миссона врубить сразу два с половиной g. Как думаешь, сдюжат мои ребята в течение суток?
– Не знаю, не знаю, но ты не прав в принципе, Генри, – заметил Язон, – чтобы по-настоящему натренироваться, нельзя разделять, как ты говоришь, физические упражнения и все остальные дела. Мы, например, должны были с тобой разговаривать и пить портвейн именно при повышенном тяготении.
– Уволь меня, братец, от таких экзерсисов в первый день. Вот команда пусть трудится, а сам я сейчас лягу в противоперегрузочное кресло и пошлю всех куда подальше. Не ты ли мне рассказывал, как две недели на этом самом Пирре пластом лежал?
– Было дело, – согласился Язон и слукавил: – Я и сейчас перегрузки не слишком хорошо переношу. Пиррянские тренировки остались в далеком прошлом.
– Тогда и тебе желаю спокойной ночи, Мухарриб. – Этой ласковой кличкой Морган, как правило, подчеркивал доброжелательное отношение к Язону. – А два с половиной g я все-таки врублю.
И, нажав кнопочку на пульте, встроенном в кресло, он распахнул стены лаборатории, предлагая почетному гостю побыстрее шагать к себе, пока еще можно шагать, а не ползти.
Планета Одемира официально находилась под протекторатом Зунбара, но фактически даже не имела своего правительства, своих городов и своей промышленности, если не считать целой сети маленьких винодельческих предприятий. Вином, особенно портвейнами, хересами, мускатами и бренди, Одемира славилась. А вообще зунбарцы использовали ее преимущественно как огромный национальный парк, где отдыхали любители лесных прогулок, рыбной ловли и всяческого собирательства: древесных и земляных грибов, плодов и ягод, мхов, шишек, лишайников, и наконец, главного одемирского деликатеса – восхитительно вкусной оранжевой плесени с гладких стволов тихолиста. Еще здесь круглый год разрешалась охота на плодившихся с небывалой скоростью пушных зверей бубузантов, шкурки которых ценились во всей галактике очень высоко. Вывозить с Одемиры живых бубузантов категорически запрещалось, но не переводились, конечно, среди гостей планеты контрабандисты-звероловы. Одни находили простаков-покупателей на живой «скоропортящийся» товар, а другие с тупым энтузиазмом увозили их в родные края и там пытались разводить. Однако одемирское зверьки не только не размножались, но и с завидным постоянством в любых условиях отказывались от пищи, в результате чего, естественно, подыхали. Наука этот факт объяснить пока не сумела – ни зунбарская, ни какая другая.
А обитатели самой Одемиры к науке имели отношение слабое. Жили они в лесных хижинах, как дикари, хозяйство вели примитивное. Впрочем, хлеб выращивали и домашний скот имели. Наиболее высокой культурой быта отличались виноделы, строившие себе дома из глины. И в отличие от остальных одемирцев, они не только слушали информационные выпуски по радио, но и любили смотреть видеопрограммы. Сочетание диких условий жизни с большим объемом внешней информации привело к тому, что на Одемире были крайне популярны всевозможные маги, шаманы, колдуны, знахари и прочие шарлатаны, тяготеющие к оккультным наукам и претендующие на сверхзнание. Строго говоря, каждый коренной одемирец считал себя немножечко волшебником. Особенно после кружки доброго бренди или двух кружек не менее доброго вина.
От маленького космодрома, выстроенного, разумеется,
