На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
чехлами самолет!
— Тормози! — закричал вдруг бородатый, и Ингр с размаху ударил ногой по
педали, но было уже поздно: «Пес» катился под уклон, до бараков оставалось
буквально два десятка метров, а из-под пирса прицельно колотил легкий
пулемет.
Две пули мягко чавкнули в грудь пилота, и он сразу же упал лицом вниз,
закрыв собой руль. «Пес» почти остановился, накренясь, какое-то мгновение
еще скользил на заблокированных колесах вниз, а потом, оказавшись на ровной
поверхности галечно-песчаного пляжа, встал — и сразу же под пирс ударил
огромный пулемет Огоновского. Андрей полосовал обросшие водорослями баки,
вздымал пенные фонтанчики воды и песка у самой кромки прибоя, потом, не видя
противника, на всякий случай прошелся по баракам. Барабанный грохот, чьи-то
крики, фигура в рванье, вываливающаяся из дверей, опустевшая лента, рывок
рамки, следующая, затвор — его остановила сильная рука незнакомца с бородой.
— Хватит, — сказал он.
Андрей огляделся — Касси и Халеф лежали под машиной, осторожно
всматриваясь в пляж перед бараками, откуда в любую минуту могли появиться
остальные бандиты.
— Займись Ингром! — коротко приказала Касси и бросилась бежать по пляжу.
Андрей вытащил пилота из-за руля, свалил его, как куль, в безопасной зоне
за капотом автомобиля и хлопнул себя рукой по бедру.
Кибердока не было.
Не веря своим глазам, Андрей глядел на карман, разорванный пулей еще там,
на окровавленном хуторе, и нелепо вспоминал, где же он мог потерять свою
хитрую машинку.
Ингр захрипел, раскрыл глаза. Одного взгляда на него Огоновскому было
достаточно, чтобы понять — без кибера все его хирургическое искусство
совершенно бессильно. Если бы он имел хотя бы обычный полевой медкомплект!
Одна пуля ударила в подвздошную область, вторая прошила правое легкое —
можно было бы прямо здесь, «на коленке», вскрыть грудину, ввести особый
состав, на время меняющий состав крови, и зашить сосуды и легочную ткань,
чтобы хоть как-то локализовать внутреннее кровотечение, — но ничего, кроме
обычной пилотской аптечки, у Андрея не было. Машинально, почти не думая о
том, что он делает, Огоновский вскрыл плоскую черную коробочку, два раза
приложил к руке Ингра крохотный блестящий пистолет-инъектор и отстранение, в
сторону, произнес: — Больно теперь не будет.
В горле у Ингра заклокотало. Он дернул головой, на миг закрыл глаза,
потом сказал — ровно и спокойно, будто за обедом: — Смешно умирать рано
утром.
— Тебе не больно? — спросил Андрей, хотя ответ он знал заранее.
— Нет, мне не больно.
— Скоро начнутся галлюцинации. Тебе будет очень хорошо.
— Это вы здорово придумали… Что там происходит? Андрей высунулся из-за
пыльной морды вездехода.
— Касси с этим… типом кого-то еще подстрелили, теперь лезут на корабль.
— Это корабль радарной разведки. Очень старый, но на нем есть самолет.
Правда, далеко на нем не улетишь, но все-таки… слушай, Андрей, я все время
хотел сказать тебе одну вещь…
— Какую?
— Я рад, что познакомился с тобой. Глупо, а? Потому что прав на самом
деле Халеф. Все, что он говорил, — это чистая правда. Вы действительно не
такие, как мы, и мне хотелось бы посмотреть, как там у вас. А тебе не нужно
бороться со своим дьяволом. В тебе его нет…
Из его рта потекла тонкая струйка крови.
— Знаешь, мне говорили, что, когда человек умирает, ему холодно. А мне
почему-то хорошо… солнце какое большое, правда?
— Правда…
— Слушай, а почему так пахнет сладким? Как будто варенье мама варит.
Тонкие смуглые пальцы Ингра вдруг впились в запястье Андрея, и, уже
проваливаясь в пропасть «ласковой смерти», в которую человек уходит,
испытывая сильнейшее наркотическое наслаждение, он отчетливо произнес: —
Оставьте меня здесь.
— Дьявол живет в каждом, — тихо ответил ему Андрей.
Пальцы Ингра еще раз сжались, потом ладонь умирающего соскользнула на
песок.
Андрей поднялся на ноги. Рядом с машиной, сжимая в руках закопченный
автомат, сидел на корточках Халеф.
— Он умер? — спросил он.
— Через несколько минут. Но он уже не услышит тебя. Сейчас ему хорошо,
как никогда в жизни…
— Откуда ты знаешь; как ему хорошо?
Андрей пожал плечами. На корабле что-то происходило. Из его железных недр
раздавались какие-то глухие стуки, потом судно вздрогнуло, под кормой
