На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
— Слава богу, — пробормотал Андрей, входя.
Очевидно, это был какой-то координационный пост. Вдоль синих стен
наплывами тянулись неровные, переливчатые узлы управления, рядом с которыми
стояли выросшие из пола почти горизонтальные кресла операторов. Сейчас,
конечно, все это было мертво — зато светились белые шкафы с аппаратурой,
притащенные в корабль хабуранскими учеными.
— Изучали они, — с неожиданной яростью сказал Огоновский. — Вот кто-то и
доизучался, с-суки.
Один из мужчин, услышав его голос — транслинг был включен, — попытался
встать на ноги, но тотчас же получил удар тяжелого десантного сапога.
— Лежать, мр-разь! Куда нам дальше, Халеф?
— Мы на месте.
Не глядя, чем занят его товарищ, Андрей отшвырнул в сторону два автомата
и облокотился на какой-то пульт.
— Прошу ретранслятор, — произнес он, включая рацию. — Майор Огоновский,
прошу «маму».
— «Мама» на линии…
— Командир, говорит майор Огоновский. Мне нужна консультация майора
Скляренко.
Даль даже не удивился. Через пару секунд в ухе Андрея раздался мелодичный
женский голос: — Да, доктор?
— Я нахожусь на одной из верхних палуб, где точно — сказать не могу.
По-видимому, это какой-то важный узел управления. Круглый зал, метров
десять-двенадцать, по периметру — пульты…
— Цвет?
— Цвет зала? Да вроде синий…
— Это резервный пост главного энергетика корабля. Постарайтесь ничего там
не трогать, это может быть опасно. Как вы там вообще оказались?
— Это неважно… видите ли, тут местные научные работнички понатащили
всякой аппаратуры и, кажется, пытались подключиться к бортовой
энергосистеме…
— Огоновский, ничего там не трогайте! Этот отсек нужно полностью
изолировать, а внешнее электропитание — отсечь… вы меня поняли?
— Разумеется, мэм…
Краем глаза он увидел, как Халеф, надев толстые резиновые перчатки,
роется в одном из белых хабуранских шкафов. Вот он сильно дернул за что-то и
повернулся к нему с оголенным кабелем в руке.
— Теперь — спокойно, — произнес юноша. Его глаза были белыми от волнения.
— Что ты хочешь сделать? — рванулся к нему Андрей, но было уже поздно —
бен Ледда с размаху воткнул кабель в ближайший к нему энергопульт, с
которого уже была снята верхняя панель.
В глубине пульта здорово бахнуло, Андрей ощутил, как запахло озоном. На
секунду свет в зале погас, но тотчас же вспыхнул снова, уже, правда, не так
ярко, как раньше.
— Все
Халеф брезгливо бросил на пол кабель и стянул с рук перчатки.
— Что… ты… сделал? — прошептал Андрей, едва шевеля синими от ужаса
губами.
Каждая клеточка его тела ждала, что сейчас, вот прямо сейчас, вот в этот
миг в генераторе начнется необратимый процесс перерождения энергии и
аннигилирующая волна из корабля ударит во все стороны, сметая на своем пути
моря, леса, города… но ничего не происходило. Только потрескивало что-то в
том Щкафу, из которого Халеф выдрал свой кабель.
— Я воспользовался возможностью создания электромагнитного феномена, —
кривя в ухмылке губы, ответил Халеф. — Сейчас мы вылезем наверх, и я стану
пить арру. У тебя есть арра?
— У меня есть коньяк, — машинально отозвался Андрей, который все еще не
мог прийти в себя. — Откуда ты… все это?
Халеф похлопал себя по груди.
— Манускрипт, — сказал он. — О нас с тобой там не сказано ни слова, зато
про электромагнитные феномены — очень много. Только мы никому не расскажем,
хорошо? А они пускай блокируют, что хотят. Нам ведь все равно никто не
поверит…
— Бред, — мрачно вздохнул Андрей.
По дороге наверх их едва не обстреляли десантники, а грозный майор
Пампуха, тащивший на своем горбу силовой эмиттер, обматерил Огоновского и
пообещал нынче же вечером стребовать с него бутылку виски — чтоб не шлялся,
где не надо. Андрею было плевать на ругань майора.
Лишь поднявшись на поверхность, под свет холодного северного солнца, он
увидел, что с ног до головы обляпан кровью своих жертв.
— Ты спрашивал меня, на кой черт я все это делал, — задумчиво проговорил
он, протягивая Халефу флягу с коньяком, — так вот слушай. Давным-давно на
материнской планете поклонялись такому богу — Эскулапу. Богов было много, но
этот — особый. Тот, кто служил ему, клялся все свои силы отдать спасению
других людей. Этот бог
