На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
фразы, со свистом пролетавшие мимо ушей почтенной публики.
— Ознакомившись с материалами дела… — Додд сделал паузу, обвел зал
отсутствующим взглядом и снова наклонился над разбросанными по судейской
кафедре листами распечатки, — я пришел к выводу о значительной
неоднозначности данного иска. Да-а, леди и джентльмены, о неоднозначности. В
данный момент мне не совсем ясно, какими установками руководствовались наши
уважаемые ответчики, решившиеся на нарушение множества законов Конфедерации,
но истина, повторяю, будет установлена.
Даль только что закончил свою речь и сидел в двух метрах от Андрея, время
от времени поглядывая на Бэрдена и наклоняясь к плечу Трюфо, чтобы
прошептать ему что-то. Бэрден казался ему слабым звеном.
— Итак, — Додд зашуршал бумагами и поднял голову, — я предоставляю слово
обвинению.
— Ваша честь, — неторопливо встал Трюфо, — я хотел бы предоставить слово
свидетелю Оливеру Бэрдену, шефу-попечителю территории Гринвиллоу,
департамент Оксдэм.
Додд величественно качнул подбородком.
Бэрден нерешительно поднялся со своего места и прошел к отдельной
свидетельской кафедре. Обвел глазами зал, посмотрел на презрительно
щурящегося Хатчинсона, который сидел в противоположном углу, глянул на
Трюфо, потом поймал наконец уверенную улыбку Даля, кашлянул и начал: — Ваша
честь!.. Господа!.. Я хочу начать с того дня, когда ко мне в канцелярию
прибыл шериф территории Николас Маркелас и заявил, что только что сделал
предупреждение мастеру Таккеру Хатчинсону, который, по его словам, незаконно
вторгся на земли вдовы Дорфер и производил там некие геологоразведочные
работы. А также… а также предложил вдове продать принадлежащие ей земли.
Свое предложение он сделал в ультимативной и даже оскорбительной форме, при
этом Хатчинсона сопровождали вооруженные люди.
— Протестую! — вскрикнул адвокат «Элмер Хиллз». — Факт оскорбления не
установлен!
— Протест принимается, — вяло буркнул Додд. — Продолжайте, мастер Бэрден,
продолжайте. По существу…
Шеф беспомощно пожал плечами.
— Как уже говорил сенатор Даль, наша планета потеряла очень много людей.
С войны не вернулись сорок два процента мужчин и двенадцать процентов женщин
из числа добровольно вступивших в подразделения ландштурма Конфедерации.
Фактически, территория Гринвиллоу испытывает жесточайший дефицит рабочих
рук.
— Протестую! — снова вскинулся адвокат ответчиков. — Показания свидетеля
не имеют отношения к делу и могут…
— Протест отклоняется, — величаво перебил его судья. — Рассказывайте,
ваша милость.
— Вследствие этого, — голос Бэрдена неожиданно окреп, — многие шахты и
фермы находятся в самом плачевном состоянии. Компания «Элмер Хиллз» выбрала
удачный, с ее точки зрения, момент, но все же они просчитались. Люди
Гринвиллоу не пожелали продавать то, что принадлежало еще их дедам. И тогда,
как я понимаю, в ход пошел некий резервный вариант. Было решено вынудить
лендлордов продать принадлежащие им земли, вынудить самым гнусным и
незаконным путем. Был предпринят сговор, сговор с главарями разбойничьих
банд, терроризирующих округу. Целью сговора был ввод на территорию
Гринвиллоу правительственных войск, которые, в свою очередь, должны были
запугать местное население с тем, чтобы оно пошло на кабальные условия,
предлагаемые компанией «Элмер Хиллз».
Бэрден говорил почти час. Адвокаты ответчиков несколько раз заявляли
протесты, но в большинстве случаев судья отклонял их. Зал слушал
шефа-попечителя, как мессию. На Авроре, за годы войны отвыкшей от
детективных историй, этот процесс выглядел самым настоящим спектаклем,
напоминанием о славных прошлых временах, когда в судах шумели недюжинные
страсти, а обыватель, проглядывая по утрам телесети, наслаждался
разворачивающимся перед ним действом. Когда Бэрден обтекаемо — так было
договорено с Далем — заговорил о попытках давления, которые предпринимали в
его отношении Хатчинсон и Блинов, а также о том, что во время разговора в
приемной находились вооруженные офицеры легиона, лица адвокатов компании
потемнели, а по залу пронесся восхищенный ропот.
Вслед за Бэрденом выступил Маркелас. Его речь заставила судью
