На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
что да, я вам угрожаю.
— Значит, вы все-таки думаете, что и я могу вам чем-то угрожать?
— Это сложный вопрос. Собственно, именно его я и хотел бы решить. Мне
нужны шахты. Точнее, сами шахты мне ни к чему — мне нужны земли, на которых
они расположены. И купить я их должен по той цене, которую смогу предложить
покупателям. В сложившейся ситуации я буду для них вроде спасителя, не так
ли?
— Хорош спаситель! Вы же грабитель, мастер Хатчинсон, вы просто бандит с
большой дороги. Чем вы отличаетесь от тех людей, которые учинили весь этот
погром? Тем, что не они вам, а вы им давали деньги?
— Да, это интересный юридический казус. Но юристы нам не понадобятся,
верно? Мы с вами договоримся, и на этом вопрос будет закрыт.
Шум. Скрип раскрывающейся двери, голос Блинова:
«Кто это?»
Шаги. Снова Блинов:
«Что у вас тут за чертовщина? Лендер! Лендер?»
Андрей ухмыльнулся и посмотрел на белого как мел начальника штаба. Блинов
сидел, судорожно вцепившись пальцами в столешницу, и обводил взглядом места
истцов. Хатчинсон, напротив, выглядел совершенно спокойным. Сидящие рядом с
ним адвокаты хмурились и покусывали губы. Они понимали: это конец.
Заверенная запись, на которой их клиенты пытаются договориться с
государственным администратором высокого ранга. Присяжным этого хватит по
уши, все остальное будет не более чем спектаклем.
Блинов вернулся в кабинет.
» — Что там такое? — спросил Хатчинсон.
— Там какой-то сумасшедший, — нервно ответил офицер.
— Так пошлите его к черту!
— Как я его пошлю, он полковник медслужбы, говорит, что здешний врач!
Интересно, много тут таких полковников?
— Это был доктор Огоновский, — зловеще проговорил Бэрден. — Очень
влиятельная в общине фигура. Половина нашей молодежи появилась на свет при
его участии.
— Пидоровский, мать его так! Откуда только такие козлы берутся, а? После
гребаной войны все эти пидоры, крестами увешанные, так и прут со всех щелей,
попробуй скажи им хоть слово. Вояки, мать их в лоб. Как чуть что — так сразу
за стволы хватаются. Не навоевались, суки, все им война их гребаная снится.
Я бы их…»
Андрей увидел, как один из адвокатов ответчиков в ужасе схватился за
голову. Тирада Блинова произвела на всех поистине неизгладимое впечатление.
Обведя глазами зал, Огоновский увидел, как побелели от ненависти глаза
респектабельного джентльмена в темном камзоле, который сидел во втором ряду,
как он наклонился к своему молодому спутнику и горячо зашептал что-то,
увидел, как едва не встал со своего места крупный молодой парень с таким же,
как и у него, «Рыцарем» на галстуке.
Даже Даль потерял свою привычную невозмутимость — хлопнул ладонью по
столешнице, нахмурился и сказал что-то Трюфо. Юрист сокрушенно закачал
головой, поглядел на Блинова и сморщился, словно от кислого.
— Давайте договоримся так, — бурчал голос Хатчинсона, — мы переведем на
какой-либо счет небольшую сумму, так сказать, задаток, а потом уже — все
остальное. После того, разумеется, как я закончу свою работу здесь. Задаток
будет вроде как протоколом о намерениях, вы понимаете?
— Даже здесь вы пытаетесь меня обмануть? — горько усмехнулся Бэрден. — А
что делать с доктором? Он ведь тоже будет возмущен…
— С доктором мы разберемся, — сообщил Хатчинсон после короткого
размышления. — От денег еще никто не отказывался. Особенно когда речь идет о
такой чепухе.
— Хорошенькая чепуха, вы предлагаете мне совершить государственное
преступление.
— Да бросьте вы, шеф! Сколько можно играть в маленького ребенка? Хорошо,
я дам вам еще на сорок процентов больше. В сумме это составит…
— Да какая разница, сколько это составит? Я должен думать, как мне
избежать скандала.
— Итак, спрашиваю в последний раз: вы готовы сказать «да»?
— Мне нужно подумать.
— Так думайте, вашу мать! Через неделю я вернусь. К этому времени вы
должны придумать. Иначе у вас действительно начнутся неприятности.
Щелчок, тишина.
Тишина в зале была гробовой… Андрей отчетливо услышал, как сглотнул
судья Додд.
— Это все? — спросил он.
— Да, ваша честь, — поднялся Даль. — На этом запись обрывается. Но мне
кажется, что и этого небольшого фрагмента вполне достаточно.
— У меня вопрос к свидетелю Бэрдену. Мастер Бэрден, вы приняли
предлагаемую
