На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
все потери в
технике, но значительно, в разы, увеличить ее производство, вся его спесь
буквально испарилась. Автор при-
сутствовал при одном из поздних допросов этого генерала и видел, насколько
подавленным и даже испуганным
тот стал после короткой экскурсии по нескольким верфям Авроры.
Последовавшие вскоре сражения, происходившие уже при неизменном
количественном перевесе сил
Конфедерации, показали полнейшую правоту выводов, сделанных комиссией «Ц»-службы
на основании допро-
сов пленных генералов неприятеля. (Следует заметить, что доклад, представленный
комиссией, многие сочли
не просто излишне смелым, а откровенно лживым!)
На третий год войны благодаря работам корпорации «Энгельгард мекеник» и
Бифортского арсенала
Флота в значительной мере было преодолено и то качественное преимущество в
области систем управления и
вооружения, которое противник имел в первый период войны. Следует откровенно
признать, что концептуаль-
ные различия в подходах к исполнительным системам боевых кораблей, ярко
проявившиеся в первые же дни
войны, сохранились до самого перемирия, и здесь счет не всегда был в нашу
пользу. Впрочем, большая, по
сравнению с нашими кораблями, гибкость искусственного интеллекта
компенсировалась, во-первых, полней-
шей шаблонностью в действиях неприятельских командиров, маневры которых легко
просчитывались даже
нижними чинами экипажей Конфедерации (!), чему лично автор был свидетелем, а во-
вторых, огромной огне-
вой мощью и живучестью наших «летающих крепостей» поздних поколений. Так,
стандартное построение типа
«боевая плоскость», сворачивающаяся при необходимости в полуцилиндр, причинившее
нам сперва немало
бед, оставалось неизменным даже тогда, когда была разработана тактика,
позволяющая эффективно уничто-
жать противника в момент «сворачивания» — фланги уходили «вниз», открывая, таким
образом, центр плоско-
сти, в которой всегда шли корабли управления. Последние гибли мгновенно, не
успев принять никаких мер по
собственной защите, а дальше бой развивался уже по нашим правилам. Командиры
неприятельских кораблей,
потеряв командное ядро, продолжали выполнять свой маневр, словно не замечая
того, что более быстроходные
и защищенные человеческие корабли уже давно ускользнули из ловушки и, разбившись
на звенья, отсекают
фланги, чтобы затем уничтожить вырванные из строя корабли.
На место погибших эсис слали тысячи и тысячи новичков, совершенно не
знакомых с обстановкой и
способных лишь на такие же, будто по лекалу вычерченные, однобокие действия — в
конечном итоге, в про-
странстве война для нас приняла характер охоты. Но так было, увы, не везде. На
некоторых, малоизвестных
широкой публике, театрах мы до последнего дня сражались с полнейшим напряжением
всех сил, беспрестанно
оказываясь в нештатных, не предусмотренных уставами ситуациях, которые вынуждали
нас к импровизациям.
По сути говоря, нам приходилось то и дело выкручиваться, часто выбирая между
привычными нравственными
нормами нашей расы и жестокой военной необходимостью».
Генерал Ланкастер вздохнул и отключил мемориблок. Он не знал, удастся ли
ему когда-нибудь опубли-
ковать эту свою работу, но был твердо уверен: написать ее он должен. Слишком
многое прошло перед его гла-
зами за последние годы, слишком большой опыт, необходимый грядущим поколениям,
он получил. Будучи, по
сути, ученым до мозга костей, Ланкастер хорошо понимал, что такое обобщение и
систематизация информации
— тем более что его опыт был в немалой мере уникален. Будущие контрразведчики
еще скажут ему спасибо…
Дверь его кабинета требовательно загудела. Ланкастер бросил взгляд на
часы, недоверчиво улыбнулся и
протянул руку к сенсору открытия.
— Господин генерал! Полковник Томор явился для прохождения службы согласно
приказу…
— Здравствуйте. — Мягкий голос Ланкастера заставил вошедшего сбиться на
полуслове. Командир ди-
визиона клацнул зубами и осторожно опустил правую руку. — Садитесь, Томор, я не
могу разговаривать с вами
стоя.
Виктор указал вошедшему на ворсистое синее кресло в углу кабинета и
прошелся вдоль стены, оправляя
на себе китель. Полковник молчал, провожая его глазами, — Ланкастер, чуть
заметно щурясь, крался по тол-
стому ковру: он остановился
