На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
тогда, когда первое мнение о командире
противодесантного усиления сформиро-
валось в его голове окончательно.
— Хоть вы-то понимаете, чего ради вас засунули в такую дичь, да еще и
прицепом к особому легиону?
— в упор спросил он.
— О том, что вы «особый», я узнал только вчера. — Томор сложил свои тонкие
губы сердечком и пока-
чал головой, будто сожалея о чем-то. — А вот насчет понимания…
— Откровеннее, Томор, иначе нам тут не сработаться. Я, например, кое-что
понимаю, но чем больше об
этом думаю, тем сильнее запутываюсь.
— Либо мы «подсадные», либо здесь какие-то игры.
— Браво! — Ланкастер скользнул в свое кресло, пошарил рукой в тумбе
массивного деревянного стола и
достал бутылку: — Виски будете?
— Буду, — серьезно ответил Томор. — А почему вы проверяли меня на
идиотизм?
— А потому что я боюсь идиотов, — признался генерал. — И еще… ваше —
именно ваше лично — на-
значение развеяло кое-какие мои сомнения. Другие, правда, остались, но сейчас я
о них не буду. Всему свое
время, договорились? Как вас зовут, кстати?
— Вы же знаете, — хмыкнул комдив. — Антал Томор, всегда к услугам вашей
милости. Бывший унтер-
офицер Кассанданской Территориальной гвардии, выслужил майорский чин, потом
окончил заочную академию
десантных сил, специализировался на мобильных зенитных системах, четыре высадки,
два ранения, по собст-
венному желанию оставлен в кадрах…
— Я не знал, что вы из унтеров, — искренне удивился Ланкастер. — Только не
подумайте, что это
уменьшает мое к вам уважение!
— Я социотехник по образованию. Занимался финансовыми прогнозами и все
такое… на уровне средне-
го бизнеса, не более, к биржам меня не подпускали. А лейтенанта я получил после
первой же высадки эсис на
Кассандану — помните?
«Я в то время был дьявольски далеко от Кассанданы, — подумал Ланкастер, —
и она меня, по совести,
не слишком интересовала».
— Помню, — сказал он. — Теперь понятно. Вы их просто в блин раскатали, они
долго очухивались… да,
было.
— Я стоял на южном полюсе. Всем выжившим дали офицерские чины. И рядовым
тоже — правда, мало
кто войну пережил.
Внешность Томора производила странное впечатление — при том, что он то и
дело шевелил губами и
втягивал щеки, верхняя часть лица оставалась почти неподвижной, словно
заледенелой; водянистые зеленые
глаза и тонкие брови только углубляли это ощущение. Определить его возраст было
практически невозможно,
полковник замер между тридцатью и шестьюдесятью — Ланкастер знал, отчего это.
Таких, как он, в армии ос-
тавляли весьма охотно — вот только осталось их и в самом деле немного…
— Какой у вас был приказ? — спросил Виктор, выставляя на стол приплюснутую
красную бутыль.
— Ничего особенного, если опять-таки не слишком задумываться. — Томор,
щурясь, рассматривал уго-
щение. — Расквартироваться, оборудовать позиции, используя при этом территории
старой имперской базы, и
держать готовность два. При этом одна рота должна быть мобильна для переброски
на другую сторону плане-
ты. Довольно стандартно — так, как будто мне следует удерживать плацдарм до
прибытия основных сил. Или
отбиваться от очень слабого контингента. Одним дивизионом, даже таким, как у
меня, планету не удержишь.
— Может быть, держать следует только базу? — Ланкастер присел на край
своего стола и поднял сереб-
ряный бокальчик.
— У меня почти восемьдесят процентов ветеранов, — ухмыльнулся в ответ
Томор, — которые понимают
не хуже меня, что удержание одной только базы не имеет никакого стратегического
смысла. Или мы ждем под-
креплений, или нас будут атаковать самоубийцы. Подавить мой дивизион чертовски
сложно, а я зато могу рас-
стрелять целый десантный легион.
— При условии, что он идет без оперативного прикрытия, — понимающе кивнул
Ланкастер.
— Да, конечно. Но где вы такое видели?
— Я, Антал, и не такое видел…
Они выпили, и Томор, вопросительно глянув на командира, потащил из кармана
кителя сигару. Ланка-
стер придвинул поближе к нему чашеобразную пепельницу на длинной деревянной
ножке, щелкнул своим
портсигаром, сосредоточенно понюхал его содержимое, потом подцепил ногтем
длинную черную сигарету.
Томор негромко кашлянул.
— Я хотел бы задать вам один вопрос…
— Да?..
— Мне до сих пор непонятно, как информация о событиях на Виоле
