На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
могучий многолетний опыт, и
благополучно проваливали все, за что брались. Эсис орудовали у них под носом, а
офицеры Комиссии браво
докладывали наверх о патриотическом подъеме обитателей Айоранских миров. Война
закончилась — но при-
вычка всюду совать свой нос осталась. И апломб «больших ученых», несомненно,
тоже. Выход у Виктора был
один — не обращать внимания, что бы ни случилось.
— И черт с тобой, — процедил он, открывая дверь своего кабинета.
2
— Любой первичный анализ показал бы одно и то же. — Лемфордер поковырялся
в ухе и воздел невин-
ный взгляд к потолку. — Наше назначение — классический случай оперативно-штабной
паранойи. Здесь дол-
жен стоять специальный охранный легион, оснащенный специальной же техникой, а не
ударное подразделение,
не умеющее даже прыгать по горам.
— Ну, насчет «не умеющего» кто-то загнул, — равнодушно вставил Рауф.
Лемфордер окинул его скептическим взглядом и продолжил:
— Самым разумным было бы создание силового купола над каждой из временных
баз, но для нас это не-
возможно чисто технически. У нас нет соответствующих источников питания. Геологи
уже пытались таскать с
собой мобильные эмиттеры, но, во-первых, купол может быть устойчивым только на
относительно ровном мес-
те, а во-вторых, все знают, сколько они жрут, эти сволочи. Носиться по горам с
портативным химическим реак-
тором удовольствия мало, а безопасных гравитационных у них нет и не будет —
компания предпочла сэконо-
мить. Я уже навел справки: говорят, их сейчас мало и они слишком дороги.
— Суки, — отозвался начштаба. — На складах этого добра осталось — мама
моя!..
— Давайте по делу, — раздраженно вмешался Ланкастер. — Что ты придумал?
— Да ничего оригинального… пока, по крайней мере. Если дело происходит
на хоть сколько-нибудь
ровном плато, тащим с собой эмиттеры и сжигаем батареи катера. Если кругом скалы
и прочие каменюки —
разведка местности, замаскированные стрелковые позиции в узловых точках,
перекрестный прострел всей, так
сказать, диспозиции и постоянное внимание. Вообще, конечно, я хотел бы сам
посмотреть на все это безобра-
зие. Хотя бы пару раз — уже будет легче.
— Да, — вздохнул Ланкастер, — охранять нас действительно не учили, а
готовые методики в нашей об-
становке не тянут. Я, правда, о них особо и не думаю. Мы ведь охотники, э,
парни?
— Веселая охота, — хмыкнул Барталан. — Больно зверь дурноват.
— В меня, — добавил Чечель, — никогда еще не лупили из имперского
стационара… а вы знаете, что на
таком морозе лучевое ранение в голову — ужаснейшая гадость?
— Спасибо за консультацию. — Ланкастер оценил его юмор коротким
подзатыльником. — Прекратите
балаган, а то я прикажу Шнеерсону месяц кормить вас манной кашей. И пусть кто-
нибудь попробует украсть
тушенку!
— Командир, — вздохнул Рауф, — да ведь их уже как только не травили. Я два
дня отчеты читал. Не по-
лучается с этой сволочью воевать. Они расползаются по пещерам, как тараканы, и
драться, выходит, не с кем.
— А ты собрался с ними драться?
Голос Ланкастера стал зловещим, и в штабе разом стихла вся возня. Он
возвышался над оперативным
столом, прямой, как копье, медленно обводя взглядом своих офицеров — казалось,
то двигается спаренная ору-
дийная башня древнего броненосца.
— Или, может быть, кто-то думает договориться? Так этот путь тоже
испробовали — те, что погибли
здесь полтыщи лет назад. Никто не пробовал их карать!
Рауф деловито потер ладони, отчего сразу стал похож на большую, лохматую и
мрачную муху, зачем-то
натянувшую мундир офицера Конфедерации.
— Но карать мы будем предметно, и это — задача, достойная «Мастерфокса», —
теперь на губах коман-
дира появилась усмешка. — Будет наказан каждый поднявший руку на человека
Большого Мира. Каждый! И
только тогда, когда это дойдет до последнего младенца, вопрос Присоединения
будет решен раз и навсегда.
Иначе не получится ничего. Мы дождемся очередного нападения — ясно ведь, что
нашим друзьям совершенно
наплевать, кто встал перед ними: они как лезли, так и будут лезть, — а потом,
потом мы начнем поиск и трав-
лю. Это будет славная травля! Мы покажем этой бородатой сволочи, с кем они
теперь имеют дело. Мы найдем
всех тех, кто надумает поразвлечься с геологами, — и накажем. Сперва только
их… Но для начала выберем в
дозор лучших стрелков и выясним,
