На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
ледяной водой, с силой провел ладонью по
темному подбородку — затреща-
ло, и, не трогая полотенце, вышел.
— Завтрак! — крикнул он в пустоту. С подбородка капала вода.
Через четверть часа он уже стоял, поправляя на шее скользкий шелковый
шарф, и смотрел, как из при-
плюснутого черного катера вышвыривали, словно мешки с дерьмом, наскоро
завернутые в светлый пластик
тела. После девятого свертка на площадку выпрыгнул взъерошенный Чечель, шлем
болтался у него на поясе.
Ланкастер подошел к ближайшему трупу и откинул край савана носком сверкающего
сапога. На него смотрело
густо заросшее черной бородой скуластое лицо. Веки мертвеца были распахнуты, в
узких серых глазах застыло
изумление. Грудь разворотило выстрелом; в левой руке абориген сжимал нечто вроде
клевца, грубо откованно-
го из бронзы. Ланкастер пошел дальше, по очереди сбрасывая пластик с убитых. На
третьем он остановился и
оскалился. К широченному кожаному поясу, украшенному серебряными пластинами,
воин прицепил позеле-
невший от древности имперский подсумок с четырьмя магазинами. Ланкастер
наклонился, отомкнул застежку
и вытащил короткую черную трубку.
— Ага, — удовлетворенно сказал он. — Без осечек, братцы, вам не
обойтись… Моня! Где его оружие?
Подошедший Рауф — он прилетел во второй машине, махнул рукой:
— Это что… вот, сейчас: этого мы вместе с «пушкой» завернули.
Он быстро прошелся вдоль ряда мертвецов и, наклонившись, сбросил пластик с
мужчины огромного,
больше двух метров, роста: рядом с ним лежала какая-то темная труба с прикладом,
длиной тому чуть не до
плеча. Рауф поднял неведомое оружие и вернулся к командиру.
— Стреляет эта пакость рубленым свинцом, — сообщил начштаба. — Причем один
раз он выпалить ус-
пел… мое счастье, что заряжать ее долго. Смотрите…
Рауф повернулся спиной, и Ланкастер с изумлением увидел несколько царапин
на его наплечнике.
— Это с какой дистанции? — очумело поинтересовался он.
— Да метров с двадцати, — ухмыльнулся начальник штаба. — А что удивляться:
я думаю, сюда пороху
полкило уходит. Я, по крайней мере, летел вверх ногами.
— С коэффициентом 0,86 это не вопрос, — отрешенно заметил Чечель, глядя на
мертвецов. — Гравита-
ция, ваше здоровьице.
Ланкастер перехватил самопал из рук Рауфа и едва не согнулся от
неожиданной тяжести.
— Жуть, — согласился он, заглядывая в ствол. — Можно драконов дубасить…
Зато замок — хм, да, фи-
тиль.
Странно, я слышал, они уже до кремня додумались. Хотя, с другой стороны,
эта «пушка» и смотрится
древней. И литье на редкость дерьмовое, удивительно, что ее до сих пор не
разорвало.
Снаружи ствол громадного ружья и впрямь выглядел очень грубо — металл
изобиловал мелкими рако-
винами, в которых чернела вековая грязь. Изнутри, наоборот, он был гладок и
порядком закопчен. Ружьем
пользовались, причем регулярно, не слишком утруждаясь его чистить. Ланкастер с
любопытством оглядел
примитивный фитильный замок, топорно выкованный спусковой рычаг, защищенный
ржавой скобой, и швыр-
нул оружие в ноги его мертвому владельцу.
— Что у них было… серьезное? — спросил он, в упор глядя на Рауфа.
Начштаба по пояс всунулся в створ катера и, пошарив в кабине, извлек два
излучателя. Прошедшие сто-
летия не слишком изменили их грозный облик, очевидно, оружие хранили либо в
консервационных футлярах,
либо в каком-то особо сухом и проветриваемом месте. Немногие металлические
детали обоих армейских «Мар-
линов» не имели следов ржавчины, а матовый черный пластик мог пережить
тысячелетия. Взяв в руки короткий
двухствольник с выдвижным прикладом, Ланкастер поднял и внимательно осмотрел
прицел, явно не использо-
вавшийся аборигенами. К его немалому изумлению, в рамке послушно затеплился
зеленый огонек, а секундой
позже, очнувшись от многовековой спячки, ожил процессор, выдавший хоть и
тускловатую, но вполне прием-
лемую картинку: в батарее все еще оставалась энергия! Сухо щелкнув язычком
стопора, Виктор поймал вы-
павшую в ладонь обойму.
— А с боеприпасами, — хмыкнул он, рассматривая ее содержимое, — у нас дела
плохи… могу вас по-
здравить, господа: через испаритель не пройдет и половина выстрелов.
— А что с ними будет? — осторожно спросил Чечель. — Заклинит? Там ведь,
кажется, какая-то механи-
ка?..
— Мекатроника, —
