На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
б
некуда было бежать, так и не бежали бы.
— Она — идиотка? — спросил потрясенный Ланкастер.
— Она, если позволите, крайняя идеалистка. Только идеалы у нее какие-то
странные. Мне трудно выго-
ворить слово «антипатриотизм», но ничего другого я придумать не могу.
— А как она относится к нашим друзьям эсис?
— О, их она тоже считает преступниками. По сути, она считает преступной
любую колониальную поли-
тику, не делая различий между нами и теми же эсис. Мне кажется, скоро она
объявит преступной саму цивили-
зацию. При всем при этом Эрика замечательно умный и тонкий специалист. О ваших
подопечных она знает
куда больше, чем я мог себе представить. Кажется — пока еще я в этом не уверен,
— ее принимают в несколь-
ких влиятельных горных кланах, которым принадлежат крупные города.
Виктор едва не впал в прострацию.
— То есть вы, Кэссив, хотите сказать, что она контактирует с аборигенами?
— Но, господин генерал, позволю себе заметить, что в данный момент они не
являются военным оппо-
нентом Конфедерации. А полномочия офицера Комиссии по контактам вполне позволяют
ей такое общение.
Даже наоборот…
— Да-да, майор, вы, пожалуй, правы. И что, вы много беседовали с ней на
темы, гм-м, нравов, быта,
умонастроений, принятых среди этих… этих?..
Он замялся. Ему хотелось сказать — «этих скотов», но генерал Ланкастер
сдержался.
— Увы, пока нет. Эрика раскрывается далеко не сразу. Ведь во мне она видит
того же преступника. Зато
я выяснил кое-что более важное. Я предполагаю, что Эрика способна каким-то
образом влиять на двух-трех
старейшин. По крайней мере, они ей верят: я видел запись ее присутствия на
каком-то празднике, происходя-
щем раз в году. Там… знаете, ваша милость, я был немного потрясен — она
снимала человеческое жертвопри-
ношение.
— Это меня уже не удивит, — проворчал Ланкастер. — А как сама она это
объяснила? Традицией на-
родного гулянья?
— Нет. В прошлом раз в год каждый клан выбирал красивейшую из своих
девушек в качестве жертвы
для какого-то подземного хищника. Девушке вырезали сердце и спускали тело вниз,
в туннели. Сейчас хищни-
ков не осталось, их давно перебили, но традиции, как утверждает Эрика, в здешнем
обществе очень стойкие. То
есть необходимости в жертве нет, но все равно… у них вообще очень жестокий
социум. Каждый юноша дол-
жен пройти ритуал посвящения — либо сразившись с каким-то мелким драконом, либо
убив кого-то там, под
землей. Если он не проходит ритуал, то его оскопляют. Вообще эта глупость мне
совершенно непонятна… с
кем там в подземельях воевать — тоже неясно. Эрика, впрочем, знает, но на мой
вопрос ответила только, что
это, дескать, «страшная ошибка айорс» — и не более того.
— Это все, Кэссив?
— Пока да, ваша милость. Но прогресс есть, так что я думаю, что в самом
скором времени смогу подго-
товить ее к встрече с вами.
— Вы только и меня заранее подготовьте… хорошо, майор, и на том спасибо.
Идите, работайте. Времени
у нас осталось мало.
Последнюю фразу он вдруг повторил про себя — и удивился. Мало? А на что
оно ему? Для того, чтобы
сидеть на этой дурацкой планете, разрабатывая блестяще-идиотские планы разгрома
бородатых макак? Так это
даже хуже, чем давиться скукой в каком-нибудь заблеванном гарнизоне, каждый день
глядя, как сержанты го-
няют пропыленных и ко всему уже безразличных солдат. Там, по крайней мере, можно
пойти в бордель или
дать в ухо не в меру забуревшему обывателю, ежели тот попадется под руку. А где
в этих горах найти шлюх, не
говоря уже о хулиганах? Где, я вас спрашиваю?
Вот это я молодец, фыркнул Виктор. А что, послать пару рот в какой-нибудь
городишко… интересно,
бабы у них тут тоже с бородами? Нет, пока всей этой публике придется подождать.
Совсем чуть-чуть, если по-
везет.
«…в сущности, специально сформированный и обученный по особым методикам,
легион ни разу не при-
менялся, так сказать, ел та8$е, более того, во многих случаях ударные дивизионы
использовались лишь в каче-
стве вспомогательных подразделений, обеспечивавших действия малых,
преимущественно офицерских, групп.
В операциях раннего периода такая тактика вызывала некоторое недоумение
вышестоящих начальников, кури-
ровавших действия легиона, однако неизменная удача заставила штабы выдать
командиру карт-бланш.
Основным стремлением
