На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
в угол площади между
колодцем и глухой каменной стеной и плотно спрессовано. Они стояли, тупо
таращаясь на странных и ужасных
чужаков: мало кто, кажется, понимал, что теперь те самые безбородые пришли к ним
взыскать долги. Солдаты
отбежали на несколько шагов, две роты кое-как выстроились полукругом и открыли
огонь.
Когда площадь наполнилась страшным многоголосым ревом расстреливаемых из
излучателей людей, ко-
гда на древние камни хлынули потоки крови, Ланкастер взял одного из вождей за
шиворот и внимательно за-
глянул ему в глаза.
Там не обнаружилось ровным счетом ничего, кроме тупого животного ужаса.
И еще воняло так, что пришлось включить подачу кислорода в шлем.
— Ваша милость, — вызвал его один из ротных. — Все дома кое-как почищены
по второму кругу, нашли
небольшой арсеналец. Что с этим делать?
— Зенитные установки есть? — спросил Ланкастер.
— Так точно, четыре древних «Ландскнехта», все пустые, ракет не нашли ни
одной.
— Из пушек повытаскивайте испарители и сожгите, а стволы бросьте в реку.
Ракетницы возьмите с со-
бой.
«Ну вот и все, — с некоторым облегчением подумал Виктор. — Конечно,
«Ландскнехты», а не «Панцер-
трапперы» или, паче чаяния, «Ундины». Вот все и встало на свои места… прямой
наводкой, по визуально обна-
руживаемой цели. Ну что ж… посмотрим, что вы мне расскажете, ребятки».
— Унтер! Эту парочку — в какой-нибудь из грузовиков, от них страшно
воняет. Я забираю их с собой.
Дитрих, сворачиваемся!
Женщины лежали на камнях ничком, прикрывая голову руками, и не было на
свете силы, способной
поднять их на ноги. Они не видели, как солдаты деловито покинули площадь,
оставив после себя гору изуродо-
ванных трупов и отвратительный запах горелого человеческого мяса. Едва последний
из солдат пропал из виду,
из-под чашеобразного большого барабана вылез безбородый музыкант и подскочил к
своему товарищу, сжав-
шемуся в комок у стены трехэтажного здания с зеленым замшелым фасадом и плоской
крышей. Что-то запи-
щав, он встряхнул его и потянул кверху. Остальные, барабанщики и виночерпии,
прятавшиеся за воротами,
осторожно выползли на свет. Едва глянув на залитую кровью площадь, они
побледнели, один тут же сел на
свой барабан — его не держали ноги. Других мужчин в городке не осталось.
2
Ланкастер появился в БИЦе неожиданно — его ждали почти час, Чечель трижды
предлагал соорудить
партию в покер или хотя бы развлечься костями, Барта-лан уже погрузился в какие-
то свои документы, осталь-
ные мрачно молчали, дымя сигаретами, и вдруг бахнула тяжеленная бронедверь, в
красном полумраке появи-
лась долговязая черная фигура:
— Где клиенты? Готовы?
— Я запер их в резервном посту связи, — отозвался Чечель. — Чтоб они тут
не воняли. Осинский. — об-
ратился он к своему анестезиологу, дежурившему в центре для присмотра за
пленными, — выводи голубчиков.
— Вы их что, не отмыли? — неприятно удивился Ланкастер, глядя, как
огромный, выше его самого, ка-
питан отпирает почти незаметную дверь в дальней стене.
— Естественно, отмыли, — хмыкнул начмед. — Это я так…
Находившиеся в БИЦе зашевелились. Мелькнул желтый свет из резервного
поста, и все увидели двоих
низкорослых мужчин с длинными черными бородами, одетых в серые госпитальные
балахоны. Ничего воинст-
венного, а уж тем более внушающего страх, в их облике не наблюдалось, наоборот,
теперь сами они выглядели
жалкими и перепуганными. Гигант Осинский усадил пленных вождей в два специально
закрепленных кресла
под тыльной, наименее загруженной аппаратурой стеной и включил над их головами
яркий узконаправленный
плафон. Ариель Барталан закончил работу, выгрузил из инфора кристаллодиск и,
протянув руку куда-то в по-
лумрак, врубил транслинг.
— Готовы, — доложил он.
Ланкастер молчал, всматриваясь в свою добычу.
Он видел большие, черные, как угли, глаза, наполненные ужасом и
растерянностью. Кривые потемнев-
шие зубы меж подрагивающих бледных губ; испарину на низких смуглых лбах. Тот,
что постарше, мял на ко-
ленях складки своего нелепого одеяния, время от времени поднимая взгляд, чтобы
судорожно оглядеть сидя-
щих перед ним — в красном полумраке — офицеров в черных куртках, узких брюках с
множеством карманов и
высоченных сапогах. Похоже, именно их сапоги, а также длинные, ниспадающие на
плечи
