На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
и старался не встречаться
глазами с начальством.
Здесь все было понятно, Озеров тотчас же извлек из глубин письменного стола
второй стакан, из автомата —
еще одну чашку кофе и деловито поманил вошедшего указательным пальцем.
— Жуткая погода сегодня, — оживился Барнет, подходя к столу.
— Да-да-да, — согласился маршал. — Сукин сын, грех на душу мою! Только мне
и дел, как похмелять
подчиненных. Лупи давай по-быстрому, у нас тут вопрос серьезный.
Полковник с чувством выхлебал полстакана, скептически покосился на кофе и
выразил готовность слу-
жить отечеству. Посмотрев на него, Озеров выбрался из-за стола, освобождая место
за дисплеем, и принялся
наконец раскуривать свою сигару. Менее чем за минуту с лицом Барнета произошла
странная метаморфоза: оно
разгладилось, взгляд глаз сделался живым и умным, даже фиолетовый нос вернулся к
своему природному ко-
леру.
— Как тебе эта спектрограмма? — поинтересовался Озеров, с интересом
наблюдая за реакцией полков-
ника.
— Интересно, — дернул плечом тот. — Даже очень.
— Это точно не могут быть эсис?
Барнет ответил не сразу. Он внимательно рассматривал цветной узор на
координатной сетке и беззвучно
шевелил губами.
— Не думаю. Да и обстоятельства встречи: патрульный крейсер в двух
парсеках от Границы, рядом не-
сколько баз… вряд ли они решились бы сунуться.
— Тогда что же это?
— Одно из двух — либо это плазмоид, либо ребята увидели след какого-то
чужака, причем довольно ти-
хоходного. Странно… его скорость никак не соотносится с уровнем техники,
позволяющим создать кокон тако-
го уровня. Ведь его практически не видно! Невозможно определить ни один из
основных параметров, кроме
курса — все остальное приблизительно. И скорость, да, конечно… потому, кстати,
они за ним и не погнались.
— Что ты имеешь в виду, Томми? Почему это — потому?
— Они решили, что это плазмоид. А даже если это чужак — вы бы бросились за
ним в погоню, э? Даже в
молодости, Питер, — бросились бы на старом, разваливающемся крейсере, у которого
половина батарей на по-
следнем издыхании?
Озеров помолчал, обдумывая услышанное.
— Современная наука отрицает существование плазмоидов как самостоятельной
формы жизни, — выда-
вил он после долгой паузы.
— Наши академики могут отрицать существование чего угодно, хоть даже
собственных задниц, — ме-
ланхолично пожал плечами Барнет. — Если от этого им станет легче, то ради бога.
Я собственными глазами
видел такие вещи, что, поверьте, волосы у меня вставали дыбом. Знаете, кстати,
что ваш уважаемый предшест-
венник, прочитав легендарный доклад группы Ломбарди, назвал его «пьяным бредом»?
И где он теперь?
— Ломбарди… — Озеров налил в оба стакана коньяку и уселся на подлокотник
одного из свободных
кресел. — Ты, Томми, тоже веришь во все это? В живых мертвецов, в «третью сферу
существования», в эти
идиотские антимиры? Мне почему-то кажется, что в последний предвоенный период в
старой Империи разве-
лось слишком много сумасшедших — всего-то навсего А мы тут головы ломаем.
— Ерунда, Питер, — замотал головой Барнет. — Как раз перед Войной в
Империи стали понимать, что
все далеко не так просто на этом свете и полузабытые легенды, курсирующие по
Галактике не одну тысячу лет,
— вовсе не ерунда и не фольклор ушедших цивилизаций. Ломбарди многие считали
сумасшедшим, это правда,
но ведь тех же плазмоидов действительно видели, и не раз! И приборы их видят.
Другое дело, что я никогда не
слышал про одиночного плазмоида. Они всегда ходят стаей…
— Значит, ты думаешь, что это был чужак? И точно — не эсис?
— Эсис? Ну, давайте рассуждать здраво — флота у них почти не осталось.
Процентов восемь, не больше:
это многократно подтвержденный факт. Никаких принципиально новых разработок в
течение войны не наблю-
далось, вся техника была точно той же, что и в первые дни. Под конец стали
появляться более громоздкие ко-
рабли, но это, оказалось, было просто трехсотлетнее дерьмо из каких-то
запасников. Ни о каких новых спосо-
бах маскировки или защиты речь не шла. Что же, за несколько лет они разработали
и запустили в производство
принципиально новый «кокон»? Но это означает новый генератор, причем скажу вам
сразу — я видел уйму чу-
жой техники, даже совсем непонятные и непонятно чьи конструкции, которым по
пятьдесят тысяч лет: но ниче-
