На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
на колени, но генерал пресек его попытку в зародыше.
— Прекратите трястись, — распорядился он, и оба, как ни странно, тут же
почувствовали себя уверен-
нее. — Идите к Беймаа и передайте ему, что я хочу с ним поговорить. Если у него
хватит смелости выйти без
оружия, то никто из вас не пострадает. Идите!
Юноши изумленно переглянулись и бросились бежать в сторону длинного
одноэтажного строения с ря-
дом узких закопченных окон. Из дымовой трубы, выведенной почему-то вдоль боковой
стены, валил густой
черный дым.
— Как бы они не начали палить, — прищурился Чечель, положив ладонь на
рукоять своего излучателя.
— Если будет пальба, я с этими идиотами церемониться не стану — разнесу их
хибары ко всем чертям. Не нра-
вятся они мне что-то…
— Не будет никакой пальбы, — заверил его Ланкастер. — Они слишком испуганы
и ошарашены… Бей-
маа должен выйти, не может же он сплоховать на глазах у всего своего рода.
Он оказался прав. Минуты через три после того, как парни заскочили в серую
дощатую дверь кузницы,
на ее пороге появился седобородый мужчина с лысой головой, макушку которой
венчала крохотная расшитая
шапочка. Его мускулистый торс, покрытый густыми волосами, был почти полностью
покрыт замысловатыми
узорами татуировки, а жилистые руки с огромными кулаками украшали два десятка
браслетов из крашеных
ремешков. К некоторым ремешкам крепились то ли амулеты, — то ли знаки его
статуса. На ногах у кузнеца
были высокие кожаные сапоги с толстой подошвой.
Ничем не проявляя волнения, Беймаа неспешно приблизился к Ланкастеру и
встал в трех шагах от него,
внимательно разглядывая черного гиганта с длинным мечом на поясе. Виктор стянул
с головы шлем и жестом
указал кузнецу на толстое бревно возле ворот загона, вырубленное кем-то в виде
скамьи. Увидев перед собой
обычное человеческое лицо, старейшина вздрогнул и приоткрыл рот.
— Что он делает?! — прошипел Чечель, напряженно скользя взглядом по окнам
жилищ. — Ему же про-
шибут голову!
— Не прошибут, — тихо ответил Барталан, — если мы не позволим… хотя пока
они, кажется, об этом и
не думают.
Беймаа тем временем проследовал за Ланкастером и нерешительно опустился на
растрескавшуюся от
старости скамью-колоду. С минуту они молча смотрели друг на друга. Видя, что
ничего страшного огромные
черные безбородые с ним не делают, кузнец тихонько вздохнул и осторожно поглядел
на их ужасную птицу,
что уселась в десятке шагов от загона. Самым удивительным было то, что вблизи
птица выглядела неживой.
Скорее она напоминала воздушные лодки из легенд, которые старики-воспитатели
рассказывают своим пи-
томцам. Тогда, давно, безбородые уже приходили в горы, но воины всех кланов,
объединившись даже с ненави-
стными подземными ублюдками, победили их и захватили волшебное оружие и многих
из их жен. Беймаа не
очень хорошо знал, что в этих легендах было правдой, а что вымыслом, но
волшебные ружья, заклятые имена-
ми духов грозы, имелись и у него, потому что двое из его предков отличились в
той ночной битве.
— Выпей, — вдруг услышал Беймаа и не сразу понял, кто с ним говорит. — Это
доброе вино, оно разве-
селит твое сердце и прогонит ненужный страх.
Черный гигант протягивал ему довольно большую флягу в кожаном чехле.
Беймаа осторожно, покосив-
шись на странную чешуйчатую перчатку безбородого, взял флягу в руки и понюхал
горлышко. Пахло хорошо,
более того, завлекающе. Старейшина подумал о крадущихся в ночи демонах, которые
уносят души неродив-
шихся воинов, и спросил себя: не повелевает ли ими этот верзила? Но потом,
коротко заглянув в его спокой-
ные, чуть поблескивающие глаза, он решился.
Вино мягким горячим шаром скатилось в его нутро, и Беймаа сразу ощутил,
как в груди весело заиграли
крохотные теплые иголочки. Это было так непохоже на привычное отупение,
наступающее после кружки того
напитка, который его люди гнали из плодов дерева айхья, что старейшина не
удержался и сделал еще пару
глотков, потом лишь сообразив, что ведет себя невежливо по отношению к гиганту,
разделившему с ним вино.
— Пре… красно, — выдохнул он, возвращая ему флягу. — Из чего вы делаете
это?
— Из ягод, — просто ответил безбородый и поднял к небу чешуйчатый палец, —
которые растут там,
очень далеко отсюда. Когда мы будем вместе, у твоих детей тоже будет такое вино.
— Вместе? — поразился
