На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
— вдруг произнес Моня. — Я бы перешел на патроны…
— Аннату же ничего, — отозвался Ланкастер. — И индикаторы ничего опасного
не видят. Будет нужно,
загерметизируемся.
Колодец был узок, но не настолько, чтобы в нем не мог поместиться гренадер
в снаряжении. Ланкастер
нырнул головой вперед и пополз на животе, упираясь руками в шершавые стенки. Эта
святая дыра имела ско-
рее всего естественную природу, но и над ней немало поработали аборигены.
Вероятно, пещерный зал, нахо-
дившийся ниже, имел для них какое-то ритуальное значение.
Чечель. влезший в трубу последним, с ужасом вспомнил, что на третьем курсе
Академии у него вдруг
диагностировали клаустрофобию, причем выявилась она не на полигонах — кто бы, к
черту, стал гонять буду-
щих десантных врачей по канализационным трубам? — а на тестах. Тогда его даже
лечили… впрочем, как раз о
клаустрофобии лучше было не думать вовсе, ибо шлем не очень предназначен для
того, чтобы в нем блевали.
В каком-то смысле Моня даже желал бы, чтобы этот колодец оказался
подлиннее… впереди его ждал
бой, причем, что хуже всего, бой с абсолютно незнакомым противником. Моня Чечель
не зря носил свои кре-
сты в погоне: он давно не боялся ни людей, ни эсис, подсознательно ощущая свою
способность справиться с
врагом, даже если тот превосходил его физически, как те же трехметровые
«воспитатели». Одного такого амба-
ла Чечель когда-то чуть не забил ногами. Собственно, и забил бы, не подоспей
Ланкастер с Рауфом: уж больно
он был тогда разъярен. Сейчас ему предстояло стрелять отнюдь не в серокожих
гигантов, а в миниатюрных,
едва ли не жалких многоруких уродцев, рожденных на планете с сорокапроцентной
гравитацией, — для них он,
со своими семидесятью с лишком килограммами железных мускулов, оптимизированный
даже для большей,
чем единица, тяжести, выглядел настоящей машиной смерти, монстром из кошмара,
способным просто разо-
рвать самого сильного из них.
И все же по спине полз неприятный холодок — он не знал, чего ему от них
ждать.
Ланкастер тем временем бодро продвигался вперед. Ему здорово пригодился бы
сейчас универсальный
сканер, хотя бы для того, чтобы определиться с длиной колодца, но тот не
работал, поэтому приходилось пола-
гаться лишь на свои глаза. В какой-то момент он даже проклял инженеров,
напихавших в шлем кучу умной
машинерии, которую, оказывается, можно свести с ума. Имперский десантный шлем,
куда более примитивный
по возможностям, в такой ситуации его бы не подвел, ибо сублазерный ПНВ был
прост, как заклепка, и не мог
иметь собственного мнения ни по какому вопросу.
Колодец вдруг начал загибаться вправо, став почти горизонтальным, и
Ланкастер вдруг увидел впереди
слабое желтоватое свечение.
— Внимание, — тихонько произнес он. — Я первый. Стреляем во всех, кого
видим, но стараемся не по-
пасть в технику. Не пытайтесь влезть в рукопашную: похоже, они все в скафандрах
с усилителями.
Внезапно он почувствовал, что ползти стало намного легче. Местная
антигравитация? Очень может
быть, им тут слишком тяжело, для них наша «единица» больше «двойки», так что или
усилители, или анти-
грав…
Свет становился все ярче, резко проступили рисунки на стенах — впрочем,
ритуальная графика борода-
чей сейчас его не интересовала. Колодец еще раз изогнулся, и впереди появился
световой овал. Выход!
…- Динамику мы просчитать не успели, но с такой скоростью они будут у
нас над головами очень ско-
ро, — говорил Томор. — Когда эта публика появится на орбите, я смогу стрелять
даже без сканеров, но до того
— увы…
Слушая его, Кертес делал знаки подчиненным. Боевая тревога проревела в
легионе сразу после того, как
Томор доложил о появлении противника, и сейчас все подразделения уже занимали
свои позиции. Люди дейст-
вовали четко и спокойно, как на полигоне. Обороняться им еще не приходилось, но
Ланкастер недаром стре-
мился выработать у своих офицеров способность к импровизации: командиры
дивизионов уже знали, кто кого
будет прикрывать. Три роты тяжелых танков высадились с носителей в лесистом
предгорье, еще одна зарылась
в джунглях на равнине, раскидав повсюду надувные камуфлеты с имитаторами
излучения волновых генерато-
ров, отличить которые от реального танка можно было только детектором масс.
Двадцать восемь истребителей
и
