Миры Королева

– Значит – будь, что будет? Энгри, сколько стволов вы сможете поднять в ближайшее время?
 Огромный, крупнее и тяжелее любого имперского линкора, штурмовой транспорт «Чакка», построенный пятьдесят лет назад на стапелях знаменитого корварского клана Йиф-Арпар, стартовал не со столичного космодрома, а с полузаброшенной базы лидданских ВКС, расположенной в двухстах километрах восточнее Раафа. Базу когда-то построили орти, владевшие планетой в течение двух столетий. После того как правительство Лид-ды купило у них эту планету, вся ортианская инфраструктура подверглась коренной переделке. Подразделения, прикрывающие Ордур, постепенно разместили в других, более безопасных местах, а старый ортианский космодром, большой и достаточно удобный, отдали владельцам тяжелых транспортов – дорогих, слишком прожорливых для использования на регулярных маршрутах, но иногда незаменимых. Старая база лишилась большинства систем дальнего привода, ушли в переработку сложнейшие ремонтные комплексы, закрылся госпиталь, – но все же она еще жила, обслуживая несколько десятков гигантов, в основном – корварского производства.
Князь Лорха лично отвез своих гостей на старт. Стоя под черным в фиолетовых разводах брюхом корабля, он смотрел, как бригада техников-двигателистов, закончив контрольный осмотр дюз, медленно спускается на своей антигравитационной платформе вниз. Все люки, кроме одного из носовых шлюзов, уже были задраены, звездолет слабо вибрировал готовыми к старту агрегатами.
– В конечном итоге, – быстро, нервно говорил князь Детерингу, – Империя заинтересована в стабильности сообщества Далаан ничуть не меньше Высокой Лид-ды, как бы та ни относилась к этим мирам на словах… Я сделаю все возможное, чтобы прикрыть тебя в твоем деле. Удастся тебе вывести оттуда проклятых геологов – хорошо. Нет – я все равно постараюсь не допустить скандала.
– Спасибо, – вздохнул Йорг. – Если вдруг… постарайся не забыть это имя – Монсальво, генерал Густав Монсальво. Говорить будешь с ним.
Лорха смежил веки и коротко поклонился – таков был ритуальный жест прощания с уходящими в бой.
– Лупиньо, – произнес он, положив свою тяжелую руку на плечо Детеринга. – Обещаю тебе, я выясню, кто он и кто за ним стоит. Знаю, ты предпочел бы встретиться с ним лицом к лицу, но он, кажется, слишком умен для этого…
– Если я увижу его голову, то возьму ее себе, – отозвался Детеринг. – Равно как и голову вашего хитромудрого пророка. Тебе, впрочем, я потом пришлю голографический снимок на память.
Из раскрытого зева шлюза коротко рявкнул гудок. Майор Детеринг хлопнул его превосходительство по груди, твердой, как панцирь, – и быстро зашагал к эскалатору, готовому поднять его вверх, в ярко освещенный прямоугольник люка.
«Чакка» ушел в небо с удивительной легкостью, так, словно ветер сдул лежащее на желтых плитах перо. Во время старта Йорг вместе с Харрисом находился в ходовой рубке корабля, которой больше подошло бы старое слово «мостик», столь велика она была. Трое пилотов – первой сидела рослая, почти белокожая корварка с длинной гривой серебристых волос, чуть ниже пилотов, сбоку – младший штурман, а за ними, на возвышении, в большом вращающемся кресле – командир, то есть сам Энгри, которому и принадлежал этот величественный корабль. Ничего похожего на огромные стереоскопические экраны здесь не было, перед каждым из пилотов висел в воздухе собственный небольшой монитор, который при необходимости разворачивался в вогнутый полуцилиндр диагональю около метра. По приказу Энгри штурман запустил для гостей полноформатный проектор, и они успели захватить быстро исчезающий внизу голубовато-серебристый диск Ордура.
– Их линкоры гораздо более понятны в плане управления, – тихо сказал Йоргу Харрис. – Здесь Арпары накрутили что-то совсем уж безумное. Не вижу смысла: на такой корабль надо долго переучиваться.
Детеринг согласно хмыкнул: привычная человеческая система со штурвалом и педалями, напоминавшая механизмы управления автомобилем, и впрямь казалась ему куда более логичной для существа с четырьмя конечностями, нежели все эти горизонтальные диски и полусферы, отвечающие одновременно и за параметры тяги, и за ориентацию в пространстве.
Транспорт лег на курс выхода из системы, чуть дрогнули, принимая нагрузку, двигатели, и Энгри, коротко приказав что-то штурману, поднялся из командирского кресла.
– Сорок шесть ваших часов, – сказал он, подходя к людям, – и мы будем на орбите Таккале. А сейчас извините меня – вероятно, я очень невежлив, но мне необходимо поспать, потому что за эту ночь я дважды обогнул планету и устал в итоге просто невероятно. Никогда еще мне не приходилось собирать своих ребят в такой дикой