На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
здоровенный бубен, седеющая голова, висячие прокуренные усы, полные
свинского самодовольства глаза, сигара в кармашке и большие пальцы,
засунутые под подтяжки. Видел таких?
— Видел, — рассмеялся я, — очень похоже.
— Вот я и говорю, что мы живем в мире масок. Тот, на кого маску
надеть нельзя, человек или очень опасный, или очень полезный. Но
представить такого человека мне лично непросто. Я таких знаю всего лишь
несколько. Поэтому я и считаю, что исходить следует из все той же логики
масок. И в рамках этой логики я могу допустить, что где-то появился
кто-то, кто решился сильно рискнуть и схватить в итоге большой жирный
кусок. Но «где-то» — это, убей меня Бог, в Метрополии. И когда мы сумеем
вычислить его маску, мы сможем думать и о том куске, на который он разинул
пасть.
— Знаешь, Ларс, я, конечно, не верю в чудеса, но в Галактике бывает
всякое. В данный момент во мне сидит нечто, что говорит мне: это не просто
интриги, нет, это нечто странное и пугающее.
Фишер покачал головой.
— Да уж, тут есть отчего испугаться. А чутью, пожалуй, следует
доверять. Чутье — великое дело… Ладно. Будем надеяться, что на
Кассандане мы найдем какиенибудь хвостики этой истории. Спешить пока не
стоит. Э-э… нам еще предстоит разборка с местной прокуратурой. Поэтому
давай-ка спать. Я чувствую себя каким-то разбитым…
Глава 3
Атмосферный маневр был проведен с безукоризненным изяществом.
Взрыкивая планетарными двигателями, «Газель» плавно опустилась на одну из
посадочных мишеней центрального космопорта. Через минуту мощный
робот-буксировщик уволок ее хрупкое тело под своды транспортного терминала
«Харрис корпорейшн».
Фишер лениво выпростал тело из аморткресла в командирской рубке.
— Приехали… Ариана, строиться не будем, это здесь ни к чему. По
экипажу готовность два, далеко не разбредаться.
— Ясно, полковник, — пахнущая дорогими духами Маринина сдержанно
улыбнулась.
— И не пьянствовать по возможности. Провожать нас не надо.
Под трапом нас ждали двое сурового вида мужчин в плащах местного
покроя с отороченными мехом капюшонами. Одного из них я знал — это был Рэй
Борман, лейтенант клана Харрисон. Второй — крепкого телосложения коротко
стриженный брюнет — показался мне тоже знакомым, но вот имени его я
вспомнить не мог.
— Ага, — ухмыльнулся Фишер, перенося ногу через высокий комингс
шлюзового люка, — Гречко и Борман, рад вас видеть. Как тут у вас с
погодой?
— С погодой отлично, — широко оскалился Борман, — как долетели?
Я представился мастеру Гречко, последовало быстрое двойное
рукопожатие, и мы зашагали по отделанным коврами коридорам. На небольшой
площадке, огражденной розовым шнуром силового барьера, нас ждал легкий
пятиместный коптер.
— Кто сейчас ведет расследование? — поинтересовался Фишер.
— Старший следователь Эгон Миллер из планетарной прокуратуры, —
скривился Гречко, открывая дверь коптера.
— Вы с ним как вообще?
— Мы с ним вообще никак, — ответил Борман. — Это редкая гнусь. У него
собственный рэкет на таможне и среди содержателей борделей. А братец его
ведает выдачей лицензий на проституцию.
— Милая семейка, — хмыкнул я, устраиваясь на кожаном диване в салоне
коптера.
— Точно, мастер Алекс, — Борман сел за штурвал и запустил двигатель.
— Точно, что милая.
— Хрен с ним, разберемся, — махнул рукой Фишер, — не он первый. А по
экспертизе что-то есть?
— Там, честно говоря, поднялся очень большой шум, — виновато ответил
Гречко, — кое-кто видит в этом деле шанс рвануть карьеру. Так что мы еще
не успели…
— Как же, как же… карьеру. Размахнулись. Глупые люди: в любом
случае я имею полномочия прокуратора Метрополии и всю их лавочку на
подоконниках построю. Просто скандала не хочется, не нужен нам лишний шум.
А на брательника этого Миллера нажать? Или — ни-ни?
— Да можно, — осклабился Борман, — тем более что эта рожа кое-кому
поперек денег торчит… но ведь опять же — шум.
— Ага, — согласился Фишер, — опять же шум… да. Ну а вы-то сами,
орлы, как — при делах? Если честно?
— Вторые сутки не спим, — обернулся с переднего сиденья Гречко. — Я
так вообще… меня из борделя вынули.
— Ну и?..
— Могу сказать почти точно — вряд ли это местные. Мы уже
