На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
рассудил. Считай, что ты меня поразил в самое
сердце. Быть тебе когда-нибудь генералом, помяни мое слово.
В спальне заулюлюкал телефон.
— Ага, — подскочил Фишер, — это Берков.
С телефоном в руке он вернулся в холл.
— Да, да. Слушай меня ушами. Королев вычислил того раненого. Не важно
как. Потом. Стопроцентной гарантии я дать не могу, но вероятность весьма
высокая. Капитан Матье Лафрок. Ты о нем слышал? Тем лучше. Погоди, мне это
сейчас не важно. А? Нет, он не в госпитале. Он скорее всего в морге. А?
Фарж прострелил ему не только плечо, но и голову. Да, вот так. Значит,
нужно шаг за шагом… ты понял, да? Все, что удастся узнать — с кем,
когда, где и кто при этом присутствовал. И вообще все его основные
контакты. Хорбшо. Я жду тебя с утра. Ага… Спокойной.
Фишер выключил телефон и посмотрел на пол.
— Воды-то с меня натекло… вот дерьмо, а… Ладно, Алекс, давай-ка
отбиваться ко сну. Все вопросы будем решать с утра. И прекрати мне эти вот
погромы. Научил тебя Детеринг манерам… ага.
— Утром у нас похороны, — напомнил я.
— Пока еще не у нас, слава Богу, — поморщился Ларе. — И, думаю, на
целый день. Но перед вылетом полчаса у нас будет.
— Кстати, — вспомнил я уже в дверях, — а как ты узнал, что Лафрок был
ранен именно в плечо?
— Или в плечо, или в шею, — хмыкнул Фишер. — Там был обрывок
воротника.
Глава 5
— Итак, капитан Матье Лафрок… — Берков почесал левое ухо. — Вам не
мешает моя сигара? Утро выдалось на удивленье теплым и ярким для середины
здешней зимы, и мы завтракали в уютном закутке на крыше отеля под дымчатым
полароидным наве сом. Метрах в пяти почтительнейше скучала охрана в лице
четверых мускулистых орлов с абсолютно пустыми физиономиями.
— Сигара нам не мешает, — жуя, ответил Фишер. Итак, капитан Матье
Лафрок. И что этот Лафрок?
— Старший офицер отдела экономических преступлений при Центральном
планетарном управлении. Я его знал. Хитрая тварь…
— Не надо эмоций, — поморщился Фишер. — Я прекрасно понимаю, что
любить его не за что…
— 0’кей… Человек со связями. Крупный вымогатель, большой мастер по
«склеиванию» фиктивных дел о всякого рода махинациях с налогами и
акцизами. Терроризировал многих законопослушных предпринимателей, имел
обширный рэкет, неоднократно выдвигал «левые» обвинения в отношении нас.
Все эти его «дела» держались на абсолютно бредовых свидетельствах и до
суда, само собой, не доходили. Но тем не менее многие люди платили ему
откупные, чтобы избежать скандала или повышенного внимания финслужб.
— Колоритная фигура, — не удержался я. — Прямотаки герой нашего
времени…
— Возможно… Педераст, огромные деньги тратил на мальчиков из
секс-салонов. Всегда в долгах, так как жил на широкую ногу — даже рэкет
его не спасал. Были скандалы с запугиванием кредиторов, но всегда выходил
сухим из воды. Последние полгода… в общем, за его годову была объявлена
крупная награда, но никто не решался.
— Он об этом знал?
— Разумеется. По слухам, он имел каких-то высоких покровителей в
Метрополии. Насколько я знаю, у Лафрока вообще не было чувства страха.
— Вот как? — Фишер бросил на меня многозначительный взгляд. — И кто
же эти покровители? Имена, должности?
— Абсолютно ничего, — боднул головой Фишер.
— Быть может, среди гомосексуалистов? — подсказал я.
— Так там таких половина, — хохотнул Фишер. — Но это уже нечто. А
здесь?
— Последнее время — ничего необычного. Традиционный круг общения.
Коллеги, обеды с таможенными рэкетирами, все как всегда.
Фишер посмотрел на часы, глотнул вина и отодвинул тарелку.
— Нам пора, Алекс. В общем, шуруйте дальше. Все, что сможете
раскопать. Особое внимание уделите его последним контактам с Метрополией.
Я понимаю, что это почти нереально, но вдруг…
В лифте во мне неожиданно проснулся тот давешний червячок, только
теперь он неимоверно разъелся — это уже был не червячок, а целый дракон.
Он настойчиво трепыхался в подсознании, не просто сигнализируя об
опасности, нет! Он орал, рычал, как дюзы корабля: «Алекс, Алекс, со
вчерашнего дня счет времени пошел на секунды!» Счет пошел на секунды, а
опытнейшего Фишера словно усыпили, он никуда не спешит, у него какие-то
свои соображения, мне непонятные.
Оказавшись у себя в номере, я
