На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
второго уровня. Вернулись немногие.
Детеринг едва заметно кивнул.
— Вы знали капитана Матье Лафрока?
— Да кто ж его не знал. Его недавно грохнули на какой-то операции, я
не знаю подробностей. А что?
— Как Лафрок контактировал с Эйгеном?
— Самым непосредственным образом. Он был его любовником. Эйген —
транссексуал, но Лафрок умолял его не ложиться на реконструкцию. В мужском
виде он ему нравился больше. По-моему, единственная мужская одежда,
которую носит Эйген, — это полицейский мундир.
— Ну и типы у вас тут, — поморщился я. — Хотя, возможно, я слишком
консервативен в некоторых вопросах. А Лафрок, оказывается, был человеком
широких взглядов. Я слышал, он предпочитал молоденьких мальчиков.
— А у вас таких не встречается? — спросил Пирс.
— Это исключено. Мы проходим сложную процедуру генной идентификации.
Любые отклонения… психологическая устойчивость слишком важна. Мы все в
параметрах абсолютного стандарта.
— Ваши коллеги меня всегда удивляли, — Пирс выдвинул вперед массивную
челюсть. — Вот ваша неприкасаемость, к примеру…
— Подготовка одного офицера СБ обходится Империи в сумму, достаточную
для постройки десяти линейных кораблей класса «Виннер», — ответил я.
— Вы знаете следователя Эгона Миллера? — спросил Детеринг.
— Ну, я слышал это имя, — пожал плечами Пирс, — но лично — нет. Я
давно служу в патрульном дивизионе и не пересекаюсь с такими экземплярами.
— Вам знаком шкипер по имели Олаф?
— Олаф?.. Да я вообще не знаю ни одного шкипера, я не интересуюсь
транспортом, зачем мне?
— Я понял. — Детеринг прикрыл глаза. — Забудьте все, ничего этого не
было. Ничего не бойтесь. Прощайте.
— Вы?..
— Я даю вам слово офицера и лорда, что вас ничто не коснется.
Прощайте, капитан Пирс.
Глава 7
— Стандартный вариант, — сказал Детеринг. — Захват живьем.
Я молча кивнул; мы стояли посреди Ольгиной спальНи — я в одном
бронекомбинезоне, Танк сменил свой шикарный наряд на полевую форму
десантника без эмблем и знаков различия. Ольга сидела возле зеркала и не
отрываясь смотрела на меня, покусывая нижнюю губку.
— Надевай штанишки и сандалии, а сверху — вот это.
Он нагнулся и вытащил из своего кофра короткую кожаную куртку с
полковничьими погонами — форма «полигон А». Быстрыми движениями отстегнул
погоны и сорвал нашивки, которые украшали рукава. Нашивок было несметное
количество: офицер-снайпер, мастерпилот, мастер полевой разведки, мастер
полевой хирургии, офицер-наставник и что-то еще. Все они полетели на пол.
Я тем временем влез в узкие, как чулки, мимикрирующие штаны и натянул
высоченные мягкие сапоги из того же боевого комплекта. Сапоги эти держали
удар до четырехсот единиц и температуру в пару тысяч градусов. Под куртку
я надел Ольгин черный свитер, пахнущий тонкими дорогими духами. «Все это
ничего, — подумал я, — но вот что я увижу без шлема?»
— Увидишь, — сказал Детеринг, — все, что нужно, ты увидишь. Так, все?
Оружие.
Я загнал в «нокк» двойной магазин, еще три запихнул в набедренные
карманы, туда же — блок связи, кинжал и кое-какие мелочи. Спрятал под
куртку боевой пояс с ненужной без шлема АСУ и системой жизнеобеспечения.
Отсутствие наплечника и кибердоктора мне также не нравилось, но что делать
— лазить по городу в полном снаряжении?
— Завяжи ему волосы, — Детеринг бросил Ольге широкую черную ленту, —
на лбу и сзади.
Она послушно встала и подошла ко мне. Я ощутил ее прохладные пальцы
на щеке, поежился. Ольга быстро перехватила лентой мои кудри, завязала на
затылке некое подобие банта и вдруг уткнулась носом мне в шею.
Детеринг едва заметно улыбнулся.
— К бою.
Мы вышли из спальни. Впереди шел Танк со своим верным «четырехсотым»
на плече, за ним мы с Ольгой.
Она молчала всю дорогу, все так же покусывая губу. Глаза ее были
устремлены в невидимую мне даль, и лишь когда Детеринг распахнул дверь
коптера, она посмотрела на меня и произнесла лишь одно слово:
— Вернись.
Я кивнул, коснулся губами ее лба и запрыгнул в салон. Коптер рванулся
в черное беззвездное небо раньше, чем я успел задвинуть пассажирскую
дверь. Я пробрался вперед и занял правое от пилота кресло.
— Сперва Казаков, — сказал Детеринг, не отрывая глаз от лобового
стекла.
— Там, вероятно, охрана, — ответил я.
Тонкий профиль Детеринга,
