На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
на исцарапанном полу дека мордой к откидывающемуся люку-слипу.
Детеринг подошел к водительской дверце и заглянул через открытое
окошко в салон автомобиля.
— Да-а, — протянул он, прищелкнув языком, — дизайн, однако…
Фотолет приземлился, жалобно заскрипев всеми своими многострадальными
потрохами, и слип со стоном пошел вниз, открывая дорогу слепяще яркому
солнцу и желтой пыли. В отсеке появился Уэртон.
— Нас ждут, — быстро произнес он, подходя к машине, — садитесь.
Я уселся на огромный задний диван, покрытый гладкой кожей, захлопнул
за собой тяжкую, как судьба, дверь и осмотрелся. Здесь, в задней части
салона, могли разместиться пятеро — это если без проблем. А с проблемами —
так и больше, места хватало. Уэртон тем временем запустил двигатель и
размашисто рванул рычаг селектора трансмиссии. Глухо фыркнув, «Корсар»
упруго выскочил на воздух.
Сквозь дымчатые стекла салона я увидел, что мы находимся в
скалисто-пустынной местности. Кругом был желтый песок, местами
разбавленный хаотическими нагромождениями разноцветных каменюк. Метрах в
сорока от нашего фотолета находилось приземистое строение, сложенное из
кое-как отесанных серых глыб.
Рядом с ним виднелся типовой разборный блок-ангар, применявшийся лет
сто назад в имперских планетарнодесантных силах.
Уэртон дал газ, широченные колеса взрыли песок, и «Корсар» подлетел к
каменному зданию. При ближайшем рассмотрении оно оказалось своего рода
микрокрепостью — окна представляли собой самые настоящие бойницы, а вместо
входной двери был засобачен ни много ни мало внешний люк орудийного клюза
боевого корабля. Здесь, верно, жили серьезные дядьки.
Автомобиль остановился в метре от входа. Люк со скрежетом уехал в
сторону, и на пороге появилась закутанная в серый балахон фигура. Я не мог
с ходу определить, к какой расе она принадлежит — балахон скрывал контуры
тела, а огромный капюшон прятал во мраке лицо, — но это был не хомо.
Хозяин тем временем сделал пару шагов, и до меня дошло — на желтом песке
стоял орти.
Уэртон выбрался из машины. Детеринг накинул на голову капюшон и
распахнул дверь. Последовав его примеру, я неторопливо вылез на солнце и
вежливо склонил голову перед хозяином дома.
— Прошу вас, — негромко прохрипел орти.
Мы вошли в здание, люк за нашими спинами вкатился на место, и тотчас
вспыхнул яркий зеленый свет Мы стояли посреди просторного холла,
отделанного светлым камнем вперемежку с полированными металлическими
панелями непривычной для человеческого глаза формы. Орти откинул капюшон.
Он был довольно молод, и узкие золотистые глаза указывали на его
принадлежность к древней воинской касте.
— Садитесь, — рокочуще предложил он, указывая тонкой четырехпалой
рукой на высокие кожаные кресла возле странноватой формы стола в углу
помещения.
— Ты рад мне? — спросил Уэртон, доставая из-под балахона сигару.
— Я рад тебе, — ответил орти. — Что привело тебя на этот раз?
— У меня сложный вопрос…
— Лорд перекрестка не боится вопросов… ты знаешь.
— Я знаю. Мне необходим один хомо из числа «антикваров».
Орти задумался. Тонкие многосуставчатые пальцы царапнули шершавую
столешницу, издав противный скребущий звук.
— За твоей спиной стоит смерть, — сообщил он после размышления.
— Она там живет, — парировал Уэртон.
— Пусть тень твоей силы падет на меня, — согласился орти. — Граница
могущества «антикваров» неведома никому, и мощь их черна как ночь. Но
некоторые могут приподнять полог ночи, ведь так?
— Ты?..
— Я всего лишь Лорд перекрестка. Разве смею я?.. Но и у меня есть
друзья и есть должники. В квартале Эболо найдешь заведение Гугнивого Сэма
и спросишь хозяина. А чтобы он не стал мочить штаны, ты передашь ему вот
это…
Рука орти скользнула под балахон и, вынырнув, бросила на стол
потемневший серебряный амулет в виде головы дракона Ри. Уэртон взял его
двумя пальцами, поднес поближе к глазам и удовлетворенно хмыкнул.
— Я знаю Гугнивого… понаслышке. Он твой должник?
Орти едва заметно кивнул.
— Остерегайся, Уэртон.
— Гугнивого, что ли?
— Повторяю: за твоей спиной стоит смерть. «Антиквары» опасны. Помни
об ударе в спину.
— Ты стал говорить загадками. Лорд перекрестка… — Уэртон поднялся
на ноги.
