На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
прямо из постели: он
на ходу застегивал комбинезон и вид имел весьма сонный.
— Э-ээ… я здесь, — доложил он.
— Я вижу, что ты здесь, — хохотнул Детеринг. — Давай поднимай свою
шайку негодяев.
— Что — домой?
— Не суетись, Эдди. Проснись сначала. Проснулся? Теперь слушай: курс
— Ралторре. Запомнил?
— Я уже не сплю, — обиделся Брокмоллер, — я вообще сразу это вот…
просыпаюсь.
— Ну и слава Богу. Заводи, командир, поехали…
— Будет дождь, — сказал я, глядя, как бесформенная зеленая туча
наползает на бронзовый диск солнца.
Детеринг оторвался от изучения свежераспечатанной таблицы промеров и,
прищурясь, посмотрел на небо.
— И шторм, наверное?
— Здесь не бывает штормов. — Я сплюнул в серый песок и зябко
поежился: с полосы прибоя летели мерзкие холодные брызги.
— Да, дерьмовое место, — кивнул Детеринг, не поднимая глаз, —
действительно холодает. Идем в катер.
Мы вернулись в кабину «TR-100», чужеродно-черной сплюснутой глыбой
лежавшего на песке. Островок, на который мы опустились, был скалист и
практически гол, если не считать нескольких чахлых кустов на плоском холме
у западного берега. Даже птиц здесь почемуто не было видно.
— Вот, смотри, — полковник ткнул пальцем в излом на диаграмме, —
здесь почти две тысячи метров, а чуть севернее, вот здесь — впадина, и там
уже ни много ни мало восемнадцать тысяч. Впадина эта вроде колодца,
никакими течениями оттуда капсулу не утащит. То, что надо, а? Как ты
считаешь?
— М-мм… посмотрим там еще раз?
— Да, пожалуй. Пройдем весь квадрат целиком.
Он отложил рулон тонкой бумаги в сторону и запустил двигатели. Катер
дрогнул, добродушно заворчал дюзами и не спеша поднялся в воздух. Я
протянул руку к панели и включил климатизатор на отопление.
— Холодно, что ли? — спросил Детеринг, выводя «сотку» из набора
высоты.
— Свежо, — ответил я, — и, главное, сыро. Я едва не свихнулся от этой
сырости за те три месяца, что пришлось здесь проторчать. Возле экватора —
там еще терпимо, даже сухие места попадаются, а выше — просто сил нет.
Возвращаешься в базовый модуль и выжимаешь одежду: пол-литра выливается,
ей-Богу.
Детеринг молча улыбнулся. Катер вошел в дождь. Струи воды летели
почти горизонтально; глухо ревели моторы, сражаясь с мощными порывами
бокового ветра, норовящего сбить черную кляксу с курса. Я вытянул ноги и
удобно улегся в узком кожаном кресле. «TR-100» поднялся над тучами, и
теперь далеко на западе, в лиловых разрывах облаков темным золотом моргало
солнце. Судя по солнцу, Детеринг вел катер строго на юго-запад.
Я не мог вспомнить, где находился указанный Детерингом район: за два
дня мы их осмотрели великое множество. Линкор висел где-то там, за
пределами бирюзового неба, а мы болтались по всей планете в поисках
наиболее удобного места для затопления страшного пупырчатого цилиндра. Вот
будет анекдот, если мы ее сбросим, а тонуть она не захочет… Хотя нет,
должна затонуть: в ней все-таки не один десяток тонн, в этом мы уже
убедились.
— Вот черт, — пробормотал я, вдруг вспомнив коечто, — вот я идиот-то,
а!
— Что случилось? — удивился Детеринг.
— Да так… это к делу не относится.
А вспомнил я, что с доктором Деливером я так и не переговорил, почти
наверняка поставив Ольгу в идиотское положение. Впрочем, что тут
странного: события последних дней не оставляли мне времени на размышления
об этом. Слишком много было всего и всякого.
Детеринг всегда работает в совершенно бешеном темпе, но тут он
переплюнул самого себя: сумасшедший ритм перелетов, перестрелок и
переговоров, запрессованных в относительно небольшой промежуток времени,
мог сбить с толку даже хорошо подготовленного человека.
Катер пошел вниз. Здесь не было туч, не было вообще и намека на
облачность, зеленый океан спокойно катил свои волны, неторопливо
исчезающие в вечности. Километрах в двадцати справа по курсу виднелись
голубоватые островки какого-то архипелага.
— Это практически шельф, — сказал Детеринг. — Впадина — это скорее
всего разлом в коре. Хорошее место. Кому придет в голову искать на шельфе?
«Сотка» снизилась, заработал сканер. На экранчике бортового
навигационного «мозга», способного, впрочем, выполнять весьма широкий
