На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
он?
— Твой дед?
Хикки тихо рассмеялся.
— Нет, не мой. Просто есть такой человек — Дед… Он старый, но, кажется,
всесильный. Настоящий супермен из старой жизни, теперь таких не выводят. Не
спрашивай, кто он, — даже умирая, я не стану об этом болтать. Так вот Дед,
пожалуй, вылез бы. А я…
— А ты — хуже?
-Я?!
Хикки устало опустил плечи. Перед его глазами появилось сухое скуластое
лицо в обрамлении длинных пепельно-седых волос: тонкие, презрительно поджатые
губы, сверлящий взгляд давно выцветших глаз. Сама мысль о том, чтобы поставить
себя на одну доску с Дедом, показалась ему святотатством.
— Дед, — твердо сказал он, — это маг, лучший солдат во Вселенной… Спи,
Дылда, и пусть тебе приснится, как он вытаскивает нас из этого дерьма.
Имперский линкор «Оффенрор-44», окрестности Мармона; восемью часами ранее
— Мы потратили на анализ целую кучу времени. Флаг-майор Кришталь — а я, вы
знаете, ему доверяю — считает, что две десятки и сто семьдесят семь в игреке —
это единственный реальный вариант.
Абонент Лоссберга раздраженно вздохнул.
— Да, я понимаю тебя… но это уже слишком. Полковник молчал. Он
догадывался, что тот, с кем он говорит, знает гораздо больше, чем он сам. И
если уж он считает, что поворот на Эрилак — это слишком, значит, так оно и
есть. В то же время Лоссберг знал и другое: логика Сэмми Кришталя
безукоризненна. Несколько часов они гоняли все возможные и невозможные
варианты, после чего Лоссберг решился на экстренный вызов по закрытой линии
связи. А теперь ему говорили, что этого не может быть!
— Я жду ваших приказаний, — негромко произнес он, чтобы нарушить
затянувшуюся тишину.
— Для тебя Эрилак — это не менее пятидесяти часов, — скрипнул ответ.
— Совершенно верно. Даже для меня. Снова короткий вздох.
— Я свяжусь с тобой в ближайшее время. Начинай считать курс.
Лоссберг провернулся вместе с креслом и откинул прозрачный колпак,
закрывавший клавишу сирены боевой тревоги. Внутренности корабля прорезал
истошный рев; морщась, полковник врубил интерком.
— Внимание по экипажу, — проговорил он и зашарил в карманах комбинезона,
отыскивая сигареты.
— Почтительно, — пискнул кто-то.
— Зубы вышибу, — Лоссберг был серьезен. — Мы идем на нейтральную
территорию. Вероятность огневого контакта с противником — восемьдесят
процентов. Старшему артиллерийскому офицеру провести учебные стрельбы,
инженерам и техникам проверить боеготовность огневых систем. Службе наблюдения
и связи — готовность один на все время миссии. На старт!
В полутемных лабиринтах «Оффенрора» началось шевеление. Заспанные люди,
кое-как ополоснув лица, поспешно застегивали комбинезоны и вылетали в коридоры,
спеша занять места по боевому расписанию. Пальцы вахтенных пилотов стремительно
скользили по ожившему ходовому пульту, готовясь к запуску чудовищных двигателей
линкора, в бортовых башнях побросала карты дежурная смена комендоров — включив
запыленные стойки, они начали обязательный в таких случаях тест. Лоссберг
пружинисто выбрался из кресла, поправил пояс и покинул свою просторную рубку,
где полированное дерево соседствовало с тисненой кожей, а ободки дисплеев
отливали золотом.
Капсула внутреннего перемещения вынесла его в носовую часть корабля.
Покинув ее уютное нутро, Лоссберг поднялся на следующую палубу и замер перед
мощной дверью центрального навигационного поста. Под сводчатым потолком на него
мертво скалился двуглавый имперский орел.
Дверь бесшумно уехала в сторону.
— Командир в посту! — хрипло заревел голос Сэмми Кришталя, и четверо
людей, сидевших за пультами, синхронно вылетели из кресел и замерли по стойке
«смирно».
— Работаем, — Лоссберг махнул рукой и сунул в рот сигарету, которая уже
несколько минут покоилась у него за ухом. — Сэмми, ответ — да… Теперь чем
раньше — тем лучше. Начинаем выползать на малых оборотах: разгон скорее всего
начнем часа через два.
Кришталь мрачно осклабился.
— Нашим снайперам придется славно помозолить руки манипуляторами.
— Не в первый раз, — флегматично отозвался Лоссберг. — Да и, наверное, не
в последний. У тебя есть кофе?
День седьмой
Хикки спал плохо. Кошмары, правда, его не мучили, зато он несколько
