На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
раз
просыпался и чутко вслушивался в гробовую тишину пещеры, нарушаемую лишь
негромким сопением Ирэн, уткнувшейся носом в его плечо. Утром он поднялся с
тяжелой головой и ощущением обреченности всего сущего. Лана — так звали
блондинку Деметриоса — уже готовила на костерке завтрак, вторая девушка еще
спала. На выходе из пещеры ему попался Ругач, такой же мрачный, как и он сам.
Штурман что-то пробурчал и скрылся в полумраке — солнце еще не доставало до
трещины в своде, и внутри было почти так же темно, как ночью.
Деметриос сидел на плоском белом камне, положив на колени излучатель, и
задумчиво курил позаимствованную у Хикки сигарету.
— Ну что, — хмыкнул Махтхольф, — череп за ночь не отъели?
Гвардии гренадер сплюнул себе под ноги.
— Ты не шути, — проворчал он, — их тут знаешь сколько?
Хикки примостился рядом с ним. Несколько минут они сидели молча. Хикки
поглядывал на далекий золотисто-алый диск поднимающегося солнца и думал,
сколько времени человек может выдержать его излучение. Теоретически оно было не
так уж и опасно, но последствия могли проявиться потом, через годы и даже
десятилетия. Ему ужасно не хотелось задерживаться на этой проклятой планете…
— Твой штурманец может держать оружие? — вдруг спросил Деметриос.
— Джерри? Даже не знаю — Что-то я не замечал в нем особого боевого духа.
Ирэн — да, без сомнения… А к чему это ты?
— Я не могу здесь сидеть, — Марик звучно высморкался, — эти бабы сведут
меня с ума. Обычно я на весь день ухожу на охоту. Пойдешь со мной?
— Разумеется. Далеко?
Деметриос пожал плечами и поднялся.
— Пошли жрать.
За завтраком хрупкая Нора то и дело бросала плотоядные взгляды в сторону
Ругача, но того не интересовало, кажется, ничто на свете: штурман флегматично
жевал и смотрел внутрь себя. Хикки не без тревоги подумал, что у парня началась
беспросветная депрессия, которая могла погубить его. Способов лечения тут не
было. Оставалось лишь надеяться, что через некоторое время он сам вернется в
нормальное состояние.
Попробовав все-таки желеобразного мяса, Хикки вытер губы и повернулся к
своей подруге:
— Мы уходим, возможно, на весь день. Не расставайся с той пушкой, что я
тебе дал, и будь внимательна. Хорошо, Дылда? Здесь опасно все, а надеяться я
могу только на тебя, — добавил он, понизив голос. — Эти летающие твари… по
ним нужно стрелять сразу, ясно?
Ирэн подняла глаза — они вдруг показались ему огромными — и коротко
улыбнулась. Хикки встал. Этой улыбки ему было достаточно, он прочел в ней все:
готовность ждать, сражаться и снова ждать столько, сколько будет нужно.
Деметриос осмотрел свой излучатель, засунул за пояс свернутый мешок и
подтолкнул Хикки к выходу из пещеры.
— Давай… Будем к вечеру! — бросил он, не оборачиваясь.
Солнце уже поднялось выше деревьев. Хикки поправил на себе куртку — утро
было довольно прохладным — и покорно заскользил вниз вслед за Деметриосом.
— Кстати, — произнес он, закончив спуск, — у вас не было отравлений?
— У меня нюх, — ответил Марик. — Даже не знаю как, но я определяю жратву
без всяких анализаторов. А воду обрабатываем антибактериальными таблетками и
кипятим. Пока был только понос, да и то не у меня.
Деметриос повел его вдоль подножия скалистой гряды. Утопая по пояс в
высоких травах, Хикки шагал по неровной каменистой почве и вспоминал тот чертов
день, когда он согласился взобраться на борт этого камиона.
«Сидел бы, — думал он, — себе на Авроре, дул виски… А что? Полковничью
пенсию не пропьешь и за полгода, хватало бы в принципе на все — так на тебе,
приключений захотелось! Вот и получай приключения. Самое интересное, что никто
даже не узнает, где валяются мои кости. Хотя кого это интересует? Папашу?
Братков? Разумеется, нет. Им это все… — чертовы камни! — до задницы… ломоть
отрезали, и где он теперь валяется? Как странно быть профессиональным
неудачником!.. Как странно все это ощущать».
Словно прочитав его мысли, Деметриос вдруг остановился и задумчиво
произнес:
— Нам всем еще повезло…
— Да? — осклабился Хикки, но ответа не дождался: бывший десантник вдруг
сжался, поднял ствол и хищно прищурился. Хикки понял, что лучше не мешать, и
привычно присел, сливаясь с голубоватым фоном травы.
Деметриос медленно повернулся, внимательно вглядываясь
