На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
бревно, раздумывая, куда бы их закинуть.
Ему требовалась достаточно глубокая лужа, но «Олдридж» сидел на затопленном
острове метров пятьсот в поперечнике, и воды тут было не более чем по колено.
Хикки выругался и, балансируя на опаленных стволах деревьев, запрыгал в
сторону черного массива сгоревшего кустарника — ему казалось, что там
начиналось собственно болото.
Он не успел сделать и трех шагов.
Что-то темное стремительно закрыло ограниченный прорезью забрала мир, и на
затылочную часть шлема обрушился страшный скрежещущий удар — казалось, по
бронепласту проскользили какие-то громадные иззубренные ножницы. В следующий
миг в ноздри ударил отвратительный горький смрад, а Хикки, не до конца еще
понимая, что с ним происходит, рухнул на спину.
Забрало шлема захлопнулось автоматически. На его обратной стороне
электроника прорисовала жуткую, гипнотически влекущую картину: в метре от лица
Хикки грациозно изгибалось темное тело воздушного охотника — понизу его
расходилась, готовясь к новому заходу, почти полуметровая диафрагма, щедро
украшенная режущими пластинами. Хикки не сомневался, что ни шлем, ни наплечник
проклятая тварь не прокусит, но в голове все смешалось, грудь сдавил
невыносимый, атавистический страх, и он закричал.
Одновременно с его криком от трапа ударили частые нервные очереди.
Не слыша их, Хикки продолжал реветь. Тренированное подсознание постепенно
вытеснило паралич страха, верх брала ярость. Правая рука скользнула вдоль
бедра, и четырехствольный «нокк» вылетел из петель, уже готовый к бою. Тьму
взрезали четыре ослепительно-голубые молнии.
Они могли пробить танк. Тело ночного пирата на секунду вспыхнуло алым
пламенем и исчезло, лишь отдельные, нестерпимо смердящие его фрагменты
плюхнулись в жижу и с шипением скрылись под водой.
— Х-хы-х, — выдохнул Хикки. — Господи боже мой… Подбежавший Деметриос
уже протягивал ему руку.
— Я же говорил, — причитал он, — смотри по сторонам! Съедят, ведь съедят
же, суки!
Хикки молча разомкнул застежки и снял с головы шлем. По его верхней части
шли три хорошо заметные округлые царапины.
— Вот это моща, — пробормотал он. — Я такого еще не видел… Вот это
зубки, я понимаю. Да она, наверное, стальную балку перекусит.
— Пошли отсюда, — горячо забормотал Деметриос. — Они часто ходят парами —
может, где-то рядом шляется ее приятель…
Хикки согласно кивнул, нашарил под ногами энергообменники и махнул рукой в
сторону темного пятна разведчика:
— Да в гробу я их видал. Давай, давай!..
Аврора, территория Портленд; день восьмой
Насупленный тип в длинной кожаной куртке, стремительно двигавшийся по
коридору в сторону поста контроля прибытия, показался полицейским чинам
подозрительным. Несколько минут назад в порту села частная «Пума» какого-то
навороченного гостя, и присутствие в контрольной линии непонятного экземпляра с
длинными светлыми волосами, которые были собраны на затылке в хвост, выглядело
необъяснимым.
— Э-э-э, -высунулся из-за стойки старший наряда, — любезный, попрошу вас.
«Любезный» простуженно шмыгнул носом и неохотно встал в круг досмотрового
контроллера.
На дисплее старшего высветился такой арсенал, какого он не видел уже
давно. Подмигнув напарнику, полицейский сноровисто выдернул из кобуры свой
блас-тер и скомандовал:
— Ко мне лицом, руки на стойку!
На лице блондина отразилась застарелая скука.
— Да будет вам, — пробурчал он и сунул ладонь в карман. Младший из
полицейских, бледнея, поднял ствол на уровень его головы, но тот не
отреагировал. Рука выбралась на воздух, и в пальцах радужно сверкнул крылатый
череп Имперской СБ. Удостоверение шлепнулось на стойку — теперь оно было просто
серой книжечкой с чистыми страницами. Вновь появившись в ладони блондина,
книжечка ожила.
— Вы нас извините, генерал, — прогундосил коп. -Сами понимаете — здесь
все-таки Аврора, а не Кассандана какая-нибудь. «Пума» ваша?
— Наша, — согласился Пол Этерлен. — Ну, я пойду… Над Портленд-сити
вставал рассвет. Здесь было начало осени, в этом году довольно-таки прохладное:
дожди сменялись относительно ясной погодой с калейдоскопической частотой. На
востоке небо было светлым, а с
