На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
севера наползали угрюмые серые тучи; выйдя из
необъятного портового комплекса на один из транспортных пандусов, Этерлен
поежился и поднял воротник своей куртки.
Поглядывая на небо, он неторопливо зашагал вниз. Когда ботинки
легион-генерала зашлепали по грязно-рыжей плитке тротуара, рядом с ним бесшумно
остановился большой комфортабельный вездеход. Этерлен молча обошел машину,
открыл тяжелую дверь с зеркальным стеклом и забрался в салон.
— Это уметь надо, — сказал он, протягивая руку водителю — коренастому
чернявому дядьке лет сорока, одетому с легкой небрежностью человека, не
стремящегося быть заметным, — простудиться в герметически закупоренном
звездолете. Ал…ап…чхи!!! Твою мать!..
— Бывай здоров, — отозвался тот, продергивая селектор трансмиссии. — Что
привез?
— Ну что я могу привезти, — дернул плечом генерал, — кроме большого
дерьма?
Водителя вездехода звали Йони Йохансон. Бывший офицер СБ, он в тридцать
лет вышел на пенсию и после недолгих скитаний по всей галактике осел на Авроре,
где приобрел большой авторитет в преступных кругах — в довольно неожиданном
качестве частного детектива. С Этерленом они подружились еще в Академии. Будучи
другом одного из ближайших соратников всемогущего Деда, Йохансон давно попал в
орбиту его сложнопута-ных интриг и фактически продолжал службу и после
увольнения.
Этерлен не собирался уведомлять своего патрона о том, что на Авроре будет
работать в паре с Иохансоном. Сперва он думал, что, возможно, сумеет справиться
и самостоятельно, но потом, пораскинув мозгами, решил, что без старика Йони он
увязнет надолго. Дед категорически не желал привлекать к расследованию
какие-либо официальные инстанции (Этерлен сразу понял, что в его седой голове
зреет какая-то новая интрига), и в такой ситуации опыт и связи портлендского
детектива были неоценимы.
Едва слышно шурша колесами, автомобиль выехал на многополосную ленту
ситивэя, что висела над желтеющими листвой садами городской окраины. Ситивэй
шел вверх, поднимался все выше и выше — скоро сады стали казаться далекими
игрушечными многоугольничками, прорезанными тонкими венами ручьев и каналов, а
по правую руку открылся край безграничной панорамы космопорта. Этерлен
приспустил оконное стекло, нашарил в кармане сигарету и закурил, глядя, как
прохладный ветер, проникая в салон, рвет и кружит сизые дымные облачка.
— Надо перекусить, — сказал Йохансон. — Я плохо проснулся, спешил…
— Новая пассия, — улыбнулся Этерлен. Йохансон кивнул.
— У меня такое ощущение, что на этот раз — серьезно.
Этерлен скептически фыркнул и хлопнул друга по плечу. В ответ Йони хитро
улыбнулся, спрятал глаза. Они давно научились обходиться без лишних слов.
Йохансон обладал редкой способностью влюбляться в половину проходящих мимо него
женщин и в половине случаев клялся, что это всерьез. В свое время Этерлен,
который сумел сделать карьеру значительно быстрее друга, несколько раз
вытаскивал его из не совсем благовидных ситуаций, каждый раз утверждая, что
когда-нибудь это закончится плохо; потом прошли годы, а Йони все не
успокаивался, и Этерлен научился воспринимать его слабость с тихой
снисходительностью.
Впереди появились серые зубцы рукотворных скал: еще далекие небоскребы
сити стремительно наползали на Этерлена, словно грозная каменная рать,
подпирающая плечами низкие осенние тучи. На параллельной линии ситивэя, которая
шла из города — она тянулась на несколько метров ниже обратной, — стало заметно
больше машин. Проснувшиеся люди спешили в порт делать свои деньги.
— Сколько у нас времени? — неожиданно спросил Йони.
— Заказали сутки, — чуть дернулся Этерлен. — Но я не верю…
— Плохо. Ну, расскажешь.
Этерлен знал, что с пустым пузом Йохансон недееспособен.
…Кар остановился во внутреннем, служебном дворе истертого небоскреба
времен освоения планеты. Пока они ехали, Этерлен пытался понять, в какой именно
район огромного города везет его Йони, но так и не смог: во-первых,
Портленд-сити он знал не очень хорошо, а во-вторых, его друг, свернув в центре
с авеню, слишком долго петлял по узким полутемным стритам, над которыми
нависали серые стены старых многоэтажных
