На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
бы в
шахту у них был.
— Давненько я не видел, чтобы флаг-майоры катались на генералах, — крякнул
Этерлен, когда Йони оседлал его шею.
— А чего, — фыркнул тот, — нормально… Подергав решетку, Йони извлек
из-под плеча свой «тайлер». Этерлен, судорожно изгибая шею, наблюдал за его
действиями.
— Может, не стоит здесь стрелять? — поинтересовался он.
— Ты стой как стоишь…
Йони ударил рукояткой бластера в центр решетки, потом поддел пальцами ее
край и, напрягшись, вырвал винты крепления. Решетка со стуком упала на пол.
— Давай поднимайся, — сказал Йони. Этерлен начал выпрямляться, давая другу
возможность вылезти из лифта. Йохансон ловко выжался на руках и исчез из виду.
— Ох, дьявол, — донесся из темноты его голос. — Мы почти доехали до
дверей, тут допрыгнуть можно, да только как их открыть? Может, расстрелять по
периметру?
Этерлен распахнул на себе куртку.
— Засунься сюда, — сказал он.
В темном прямоугольнике появилась голова Йони. Подпрыгнув, Этерлен передал
ему «моргенштерн» и произнес:
— Целься в центр, между створок.
— А вдруг там кто-нибудь шляется? — испугался в ответ Йохансон. — Там, за
дверями?
— Это биполярник, — объяснил Этерлен, — энергия выстрела «расплескается»
по дверям, и дальше не пойдет. А двери просто испарятся. Давай.
Над головой Этерлена тяжко рявкнул выстрел, сменившийся удивленными
матюгами Йохансона. Генерал взлетел в воздух, ухватился пальцами за край
отверстия и через секунду уже стоял на ногах.
Двери какого-то этажа и в самом деле практически испарились: от них
остались лишь обгорелые края с почерневшим металлическим уголком. В шахту лился
неяркий свет из коридора. Йони вернул Этерлену оружие и шустро выбрался на
свет.
— Горячо, — раздраженно сказал он. — Ну, где ты там?
Этерлен вновь прыгнул вверх.
В коридоре явно происходило что-то нехорошее. Женский голос визгливо звал
полицию, какой-то мужчина густо басил, призывая всех покинуть этаж и вообще
объявить общую тревогу, — Этерлен догадался, что перепуганные взрывом люди,
увидев испарившиеся двери лифта, готовились впасть в массовую истерику.
— Проклятье, это наш этаж, — прошипел Йони. — И наша квартира…
— Да где же полиция?! — возопил кто-то за углом.
Этерлен решительно рванулся в сторону развороченных взрывом бронедверей
частной квартиры, на которые указывал Йони. Полиция ему была не нужна.
Совсем.
В прихожей у Кохана, очевидно, было что-то вроде библиотеки — Этерлена
встретили сотни, тысячи древних бумажных листов, покрывавших пол словно пепел,
разметанный ветром. За его спиной раздраженно выругался Йони. Не глядя на него,
генерал прошел в гостиную. По всей видимости, взрывная волна ударила из
соседней комнаты, раскрошив шкафы с дорогой посудой, вырвав из стены элегантный
камин и сорвав светлый паркет пола. Морщась от острого запаха перегоревшей
взрывчатки, плотно заполнившего все вокруг, Этерлен отшвырнул ногой обломки
белой деревянной двери и шагнул в помещение, служившее отставному генералу
кабинетом.
— Во класс, — сказал он.
Обуглившаяся голова Конрада Кохана близоруко щурилась на него из-под в
щепы разметанного стола, за которым валялся перекрученный стальной каркас
большого вращающегося кресла. Ноги покойника находились там же, где и голова, а
вот руки с частью торса бесформенной кровавой грудой примостились в углу слева
от входа.
— Кажется, мы очень удачно опоздали, — задумчиво произнес Йони. — Еще пара
минут, и наши потроха попали бы в полицейские сводки.
Этерлен дернул шеей, словно бы выходя из секундного транса, и устремился к
покосившейся стене кабинета, из которой наполовину вывалился дорогой старинный
сейф. В его руках появились какие-то странные инструменты.
— Стоять! — нервно гаркнули за его спиной. Этерлен развернулся не хуже
фокусника: вместо загадочных вороненых причиндалов он теперь держал два
«моргенштерна», и их равнодушные стволы смотрели прямиком в лицо коренастому
полицейскому офицеру, который статуей замер в дверном проеме.
Молчаливое противостояние длилось недолго — из гостиной появились сразу
несколько полицейских, не понимавших, отчего их начальник застыл, как
приклеенный. Перед кабинетом случилась короткая возня. Увидев за спинами копов
