На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
продолжала орать о каких-то своих правах и
требовать от Мальцева его немедленного ареста, но ему сейчас было не до того.
Когда лифт замер, он увидел, что угадал: Йони находился на одной горизонтали с
ними, причем где-то совсем рядом.
Генерал выбрался из лифта и тотчас же понял, что это было его самой
крупной ошибкой за последний финансовый год. Утешением ему мог служить лишь тот
факт, что такого развития событий он ну никак не ожидал.
— Москаленко… — прошептал он с некоторой растерянностью. — Вот черт!!!
Улыбающееся лицо человека, стоявшего перед ближайшей к лифту дверью
какого-то офиса, исказилось ужасом и ненавистью. Грохот трех стволов — два
принадлежали Этерлену, третий Москаленко — почти слились в жуткой какофонии
смерти. Крупнотелый, слегка поседевший мужчина в коротком бордовом полупальто
полетел на своих друзей — двоих молодых парней, один .из которых был одет в
форменный плащ таможенного офицера.
— Йони, на пол!!! — истошно заревел генерал. — На пол!
Юноша в таможенной форме растерянно отпустил скованные за спиной руки
Йохансона, и тот ничком свалился на пол, засучил ногами, стараясь уползти с
линии огня; державший его парень, фонтанами разбрызгивая во все стороны кровь,
осел перед дверью с фактически выжженной грудной клеткой. Его напарник успел
выхватить оружие…
В эту секунду в лифте раздались истошные, почти нечеловеческие крики
старухи с жемчугами, и кабина рухнула вниз. Она проехала всего три или четыре
этажа: после глухого удара крик смолк, и лифт вновь пошел вверх. К тому
моменту, когда трупно-серый от ужаса сержант Мальцев выскочил в коридор,
стрельба уже стихла.
Его случайный босс стоял на коленях перед окровавленной офисной дверью и
зажимал рукой левое плечо. Из-под пальцев обильно лилась кровь. Прямо перед
ним, комкая вытертый ковер, бился в хриплом крике светловолосый юноша с правой
ногой, отстреленной по самое бедро. Из-за двери доносились сдавленные
рыдания…
— Генерал!.. Генерал, что с вами? — Мальцев еле дышал, но нормальный цвет
лица уже потихоньку возвращался на свою законную территорию.
— Достань у меня в кармане кусачки, — просипел Этерлен, — там, слева…
они такие хитрые — складные. Давай же, что ты спишь?!
Мальцев упал на колени и судорожно зашарил по карманам генеральской
куртки. В этот момент к Этер-лену подполз странно бледный Йони.
— Освободи его, скорее, — приказал генерал, когда в руках полицейского
наконец оказалась замысловатая вороненая конструкция. — Старик, что это с
тобой?
— Они треснули меня каким-то паралитиком, — кривя синюшные губы, объяснил
Йохансон. — Они ведь не знали, что на нас с тобой эта штука не слишком-то
действует. Я уже почти оклемался… Сейчас встану.
— Откуда ж тут взялся сучий Москаленко?
— Он уже месяца три как на Авроре… Кто б мог подумать, да?
Мальцев перекусил наручники Йохансона и помог ему встать.
— Генерал, рука… ваша рука!
— К черту мою руку! — гавкнул Этерлен. — Ломайте эту дверь! Я буду не я,
если там уже кто-то не застрелился! Ломайте, ломайте, ломайте! Кажется, там
жгут документы! Ах, с-сука… Что ж вы стоите, оболтусы!
Этерлен тяжело поднялся на ноги и с размаху пнул злополучную дверь своим
ботинком. Рыдания вдруг утихли. Что-то негромко хлопнуло, потом еще раз.
Мальцев вытащил из кобуры свой табельный бластер, направил ствол на замок
и выстрелил. В Этерлена полетели обугленные щепки, но генерал не обратил на них
никакого внимания. Схватив здоровой рукой позолоченную дверную ручку, он рванул
дверь на себя. Все еще бледный, но уже почти пришедший в себя Йони стиснул
обеими руками подобранный на полу «моргенштерн» и осторожно заглянул внутрь.
Следом за ним в помещение вошел сержант Мальцев.
— Именем Империи, вы арестованы! — гулко провозгласил Этерлен и
закашлялся.
Красивая черноволосая женщина вызывающе вздернула подбородок, но Этерлен
не смотрел на нее: все его внимание занимал молодой полковник ВКС, сидевший в
высоком кресле перед стареньким письменным столом, на котором не было ничего,
кроме индивидуального терминала и кожаной папки с имперским орлом. Верхняя
часть черепа у полковника отсутствовала, под подбородком зияла обугленная дыра.
Грязноватая, давно не стиранная штора за его спиной
