На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
так и не изменились. Он был настоящим
сыном своей эпохи.
Хикки имел тщательно подготовленный план беседы однако осуществить его ему
не удалось — по причинам которые трудно назвать прозаическими. В ту секунду,
когда он, отхлебнув из пузатой рюмочки, в последний раз пережевывал про себя
фразу-вступление, за его спиной что-то мокро хлопнуло.
Дальше ему было не до вступлений.
Этерлен вылетел из кресла, как подпружиненный чертик из старинной
табакерки: прежде чем он выпрямился, в его руке щелкнул снимаемый с
предохранителя излучатель. Это произошло столь неожиданно, а главное — так
стремительно, что Лерман выронил из пальцев тонкую фарфоровую чашку с золотыми
дракончиками.
Туманно — чертовы годы, все забываешь! — соображая, что сейчас произойдет,
Хикки перепрыгнул через стол и обрушился своим телом на Лермана, опрокидывая
его вместе с креслом на пол..
— Вва-аа!!! — возмутился тот.
Дверь кабинета, обшитая изнутри элегантным звукопоглощающим материалом,
резко распахнулась. «Моргенштерн» в руке Этерлена дернулся и дважды сплюнул
голубоватыми струями. Ответом в уши ударил отчаянный крик, сменившийся ревом
ярости. Еще выстрел. Хикки прижал Лермана ногой к полу и осторожно выглянул
из-за стола.
На пороге кабинета бился, как придавленный червяк, молодой человек в
хорошем костюме, который, однако, не годился теперь даже для похорон — голова
юноши была срезана по брови, в груди зияла приличная сквозная дыра, а дорогую
ткань порядком попортило мозгами и кровью. Этерлен отсутствовал, но из
предбанника Хикки слышал какую-то возню. Затем заголосила писклявая девушка.
Хикки отпустил Лермана и решил выбраться на разведку.
— Лежать! — убедительно посоветовал он магнату. Тот часто закивал и принял
эмбриональную позу, постаравшись при этом как можно глубже забиться в угол.
Как он и ожидал, генерал Этерлен обнаружился в предбаннике. Он как раз
заканчивал воспитывать по глаза заросшего крепыша в черном камзоле: левая рука
убийцы висела плетью с очевидным переломом, а правую Этерлен завернул за спину
так, что до вывиха оставались считанные миллиметры. Джентльмен в черном пучил
глазки и слабо постанывал. В метре от победоносного генерала на четвереньках
стояла девуля в костюмчике — под ней уже красовалась первосортная лужа…
Увидев Хикки, генерал жизнерадостно оскалился:
— Припудри красотке носик, старина, а я пока займусь этим уродом.
Хикки уже знал, что делать. Убедившись, что в коридоре больше никто не
бегает с бластерами наголо, он сноровисто запер дверь офиса на все замки,
поднял мелко трясущуюся секретаршу (второй его помощь уже не требовалась) и
потащил ее вслед за Этерленом в кабинет.
. :.
Лерман уже выбрался из-под стола.
— Я н-не з-знаю этих типов, — решительно заявил он, оторвавшись от
бутылки. — Они хотели меня убить?
-Наверное, нет, — пожал плечами Этерлен. — Может, поздравить с Рождеством?
Хикки налил секретарше полную рюмку коньяку и прислушался к разговору.
— Кто вас послал?
Этерлен спрашивал участливо, как доктор, и громила не замедлил с ответом.
Доброта генеральской души казалась ему куда страшнее любого крика.
— Это, — указал он на обезглавленный труп на пороге, — Ник Пикинер,
старший сын Джоэла Пикинера.
— Что-о?! — Лерман поперхнулся кофе и едва не уронил вторую за день
чашечку. — Но при чем тут Джо? Я же… я же ему должен, гос-споди!
На сей раз удивился убийца. Он изумленно поглядел на девушку, которая без
всякого стеснения стащила и швырнула в угол мокрые чулки вместе с трусиками,
потом перевел ошарашенные глаза на Лермана:
— Так его ж завалили сегодня утром. Ник решил, что это вы…
На какое-то время Лерман впал в прострацию. По его блуждающему взору
становилось понятно, что он судорожно перебирает в голове все возможные
варианты и ни на одном не может остановиться.
— Я просто не представляю, кто мог убить Пикинера, — твердо заявил он. — И
главное — я не представляю зачем. Давайте вызывать полицию.
— Ты уверен? — осторожно спросил Хикки. Лерман пожал плечами:
— Я знаю, что я его не убивал. И все это знают… Так что мне теперь —
вешаться с горя?
Из крипо прилетела целая бригада во главе с молодым и до смешного
самоуверенным следователем. Он с ходу обрушился
