На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
нырнули обратно вниз. Этерлен выставил
вперед специальный прибор. Электроника позволила ему заглянуть в саму рубку —
он увидел, край пульта, пустое кресло второго пилота и… никого. Тогда Этерлен
включил направленный микрофон.
— Идите вы на х..! — услышал он визгливый мужской голос. — Я вам не верю,
откуда вы можете это знать? Все, мне это надоело! Все, хватит с меня, хватит!
Ты слышишь, заткнись, ты!..
И запускаемые генераторы ощутимо качнули корабль.
«Лоссберг! — промелькнуло в голове у Хикки. — Мать моя, там же внизу
Лосси!»
Заработав — а это должно было случиться в ближайшие секунды, — движки
опорной тяги неминуемо спалили бы находящегося под днищем «Газели» Лоссберга.
Эта мысль была настолько ужасна, что на какое-то время Хикки потерял контроль
над собой.
С Этерленом случилось то же самое. Он выпрыгнул вперед и, петляя, как
заяц, бросился к рубке. Но времени у них уже не оставалось… Не умея толком
управлять звездолетом, Мьюз дернул штурвал сразу же, едва индикаторы давления
показали, что волноводы вышли в «зеленый» режим. Для взлета этого было мало —
«Газель» тяжело приподнялась, содрогнулась всем своим телом и тотчас же рухнула
вниз. Обе передние опоры шасси, не выдержав жесткого удара, сложились и приняли
на себя большую часть ее веса. «Мозг» корабля воспринял случившееся как
аварийную ситуацию и «пришпорил» генераторы, добавляя давления в волноводах.
Двигатели опорной тяги взвыли в форсированном режиме, так словно субрейдер
взлетал с очень тяжелой планеты. К этому времени гидросистемы шасси
восстановили наполнение цилиндров — корабль стоял уже ровно, как и следовало, —
и он, вибрируя от безумной мощи моторов, рванул вверх.
…УЛоссберга было всего несколько мгновений. Не желая демаскировать
тележку с роботом, он так и остался под развороченным днищем корабля. Когда
броня над его головой дернулась в хорошо знакомой ему вибрации, генерал понял,
что жить ему осталось недолго.
И тогда он прыгнул.
У него не было антиграва, а поднимать тележку было уже поздно. Ему
оставалось одно — допрыгнуть до раскрытого люка. Всего-то полтора метра… И он
допрыгнул. Руки в тяжелых металлизированных перчатках забросили его тело в
темноту аппаратной каморки; едва зацепившись за что-то ногами, он увидел в
потолке слабо светящееся отверстие с оплавленными краями.
Продравшись через еще горячий металл, Лоссберг рванулся наверх, к ходовой
рубке. А там происходило легкое светопреставление. Стрелять в Мьюза было
нельзя, так как существовал риск повредить пульт управления. Бить его тоже не
хотелось — «Газель» уже шла на взлет, а падать с высоты в километр не хочется
никому, даже если ты находишься в бронированной скорлупе боевого звездолета…
а справа от ублюдка лежал длинноствольный корварский «дарт», и было понятно,
что он схватит его сразу же, как только сообразит, что происходит.
Хикки и Этерлен действовали, не сговариваясь.
Хикки, проскочив за спинкой кресла первого пилота, в котором судорожно
тянул штурвал террорист, запрыгнул на место второго — и в эту же секунду на
голову Мьюза обрушился удар кулака легион-генерала Пола М. Этерлена, весьма
раздраженного сложившейся ситуацией. Он ударил очень славно. Икнув, Мьюз обвис
в кресле, а Хикки успел перехватить управление.
На пульте творилось полное черт знает что: истошно звенящие индикаторы
докладывали о разгерметизации корабля и невозможности восстановить целостность
бронепокрытия обшивки. «Мозг» вопил о том, что попытка выхода за пределы
атмосферы приведет к аварийной ситуации номер один и просил разрешения на
вмешательство. А Хикки чувствовал, что не справляется с управлением —
изуродованные ими панели ускорителей посеяли панику в исполнительных звеньях
управления двигателями, и у субрейдера не отключалась опорная тяга. Как
заблокировать проклятую электронику, он не знал. А Этерлен со своим
гуманитарным образованием — тем более…
Появление Лоссберга немного разрядило ситуацию. Несколько секунд Хикки
смотрел на него, как на выходца с того света, а потом шустро освободил ему свое
место. Пальцы генерала затанцевали по сенсорам.
«Газель» шла уже над океаном, с каждой секундой набирая высоту. Лоссберг
уверенно
