На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
карманам камзола в поисках сигарет. — Сам справишься?
— Без вопросов. Нам нужно часа три, я пойду по параболе в обгон крайней
планеты, мы сможем оттолкнуться от ее поля.
— Хорошо… дорога чиста?
— Мы посчитали, все в порядке. К тому же этой махине не страшны мелкие
возмущения вроде комет и каких-нибудь булыжников. Мы их даже не заметим.
Торвард раскурил сигарету и посмотрел на экраны. Желтая планета осталась за
кормой, теперь «Валькирия» неслась в голубоватой пыльной мгле, подсвеченной
равнодушным диском сияющей по правому борту небольшой звезды. Гот вел корабль
a уверенностью опытного старого пилота — каковым он, собственно, и являлся, да
только летать ему приходилось совсем на других машинах… В гундосом толстяке
можно было не сомневаться, талант есть талант, то, что дано человеку судьбой,
потерять невозможно — и, с другой стороны, без этого эфирного дара чужого коня
на ходу не оседлаешь, а Гот овладел штурвалом «Валькирии» именно на ходу. «Н-
да, пилот у меня что надо, — подумал Королев, разглядывая сосискообразные
пальцы Гота, небрежно лежащие на штурвале, — и Мерсар вроде ничего,
ориентируется… хотя, конечно, ему место не здесь, а в лазарете — раненых, я
думаю, мы ему обеспечим. Дай только Бог, чтоб их было поменьше. Впрочем, все
знают, на что они вдут. Кто-то найдет свою смерть, а кто-то и удачу — такова
жизнь. Да… вот только, как будет выглядеть эта самая удача?» — Легли на курс
прохода, — сообщил Гот. — Переключаю на автопилот.
— Навигатор подтверждает, — продолжил Кейнкросс. — Срок прохода — два часа
десять минут, разгон с ходу.
— Ну и слава Богу. — Пилот убрал руки со штурвала и поскреб лысую макушку. —
С разгоном проблем не будет, командир, это я гарантирую. Мы тут кое-что
пересчитали по новой, мать его… наш гроб в полном порядке — клянусь
виселицей, это даже странно, я имею в виду его возраст. -Э? Вы что-то сказали,
командир?
— Нет-нет. — Торвард хлопнул его по плечу и повернулся к Мерсару: — Дак,
махнул бы ты в кают-компанию, а? Пить хочется, как перед смертью.
— Пить или выпить? — ухмыльнулся Мерсар, выбираясь из кресла.
— Выпивать ты будешь на базе — я, кажется, уже говорил об этом. Вот сядем,
тогда и гуляй, время у тебя будет.
— Он погуляет, — хохотнул Гот. — Он погуляет… вы, командир, еще не видели,
как он гуляет, — но, клянусь своей задницей, вы это увидите.
Место посадки указал Борзенц — и, после короткого размышления, Торвард с
ним согласился. Затерянное в горах, ровное, как стол, плато подходило
наилучшим образом — размеры его вполне позволяли воткнуть меж скал
многокилометровую махину линкора, а зияющие тут и там темные каверны пещер
должны были со временем превратиться в хорошо защищенные пакгаузы. Оставалась
проблема ювелирности самой посадки, но Гот сумел подтвердить свою репутацию
универсального аса — хотя и со второго захода, так что понервничать им все же
пришлось. Впрочем, это уже не воспринималось всерьез. «Валькирия» пришла на
Оксдэм! Пришла без единого отказа, без единого сбоя исполнительных систем, все
механизмы могучего древнего корабля работали точно и слаженно, так, словно
линкор лишь вчера покинул сборочный стапель. Сомнения, мучавшие Торварда,
рассеялись: корабль был полностью исправен, легендарная имперская техника с
честью выдержала испытание временем, и теперь он был уверен — «Валькирия» его
не подведет, она сможет пройти сквозь любую бурю, она вынесет его из любого
пламени… Больше ему не придется быть безвольной марионеткой в руках Судьбы,
нет! Он будет играть в свою игру и по своим правилам! Экипаж потянулся к шлюзу
— людям не терпелось увидеть ослепительное солнце; здесь, в горах, летнее утро
было необыкновенно ярким, оно расцвечивало мрачные клыки скал щедрыми мазками
радостного золота, делая их почти живыми, — а Торвард, захватив по дороге
бутылку джина, отправился в кают-компанию. Линейную систему дальней связи он
протестировал в полете, и теперь был вполне уверен: Ровольт его услышит.
Генераторы линкора продолжали работать в режиме холодной тяги, энергии должно
было хватить на передачу со всех четырех башен, и зов его будет слышен очень
далеко: яхту, несущуюся сейчас в направлении Авроры, он достанет в любом
случае. Стойка связи вспыхнула десятком разноцветных
