На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
активности мафии — активности в районе
претензий — будет достаточно, чтобы отбить у них охоту к приобретению новых
территорий. А планета хороша.
— Погоди-ка: уж не Грэхем ли?
— Он самый. Ты, наверное, слышал?
— Да, Лука толковал об этом. Местечко действительно славное — бывший
имперский фронтир, развалины базы, какие-то старинные хранилища. И очень
агрессивное население. Богатая планета — а Орегону сырье нужно, как воздух,
магнаты скупают любое дерьмо, совершенно не интересуясь его происхождением.
Гм, ты меня развеселил. Давай-ка выпьем: нам посчастливилось жить в интересное
время, и мы, слава Богу, находимся при деле…
Они чокнулись; поставив стакан, Торвард принялся терзать остывшее мясо. Жара
спала, небо по правому борту начало светлеть, прорезав острые контуры
скалистых вершин. Ночь вдруг показалась ему радостной и удивительной.
Возможно, виной тому было крепкое ароматное вино — а может, неделя,
проведенная за картами в неуютной каюте орегонского крейсера. Он наслаждался
сочным пряным мясом, наслаждался сладковатым дымом тлеющих в мангале углей,
наслаждался беззаботностью приближающегося рассвета, нереальностью
происходящего с ним: казалось, еще вчера он тупо тянул лямку сержантской
службы в десанте ОМ! Вспомнив, он усмехнулся. Отсюда, с высоты гигантского
корабля, недавнее прошлое казалось дурным сном:
за спинкой его кресла спали гладкие черные километры брони, где-то далеко-
резали предрассветное марево огромные косые стрелы моторных пилонов,
несущих на себе полированные цилиндры эволюционных двигателей: безумная мощь,
воплощенная во многие и многие миллионы тонн металла и пластика, покорно ждала
его команды, готовая сокрушить любого недруга. Все это принадлежало ему, ему
принадлежала судьба, еще недавно жестоко смеявшаяся над грустным молодым
лейтенантом.
— Утро будет прохладным, — заметил Ровольт, — может, проведем совещание
здесь?
— Да, это было бы неплохо, — согласился Торвард. — Только, знаешь, давай
ближе к полудню по местному: я хочу вздремнуть. И… вот что: распорядись,
чтобы мне подыскали свободную койку на вахте. В любом отсеке — я просто не
хочу тревожить Энджи.
«Черепахи» разделали противодесантный комплекс в считанные минуты: вынырнув
из-за цепи плоских холмов, они обрушились на разбуженный дивизион раньше, чем
его автоматика успела захватить целеуказание. Новейшие орегонские пушки,
скопированные с пушек имперских, рвали в клочья решетчатые башни, выворачивали
упрятанные под землю шахты и агрегатные казематы. Приплюснутые корабли неслись
над пылающим в ночи кошмаром, зарываясь в клубах жирного черного дыма, снова и
снова заходя на поражение агонизирующего дивизиона. Со стороны могло
показаться, что с неба рушится стена сверкающего голубого дождя — батареи
«черепах» били без перерыва, в железных теснинах нижних палуб захлебывались
воем эскалаторы, дробно ухала автоматика затворов, принимающих все новые и
новые туши унитаров. Закончив работу, корабли унеслись в пропахшее горящим
металлом небо, спеша занять места на орбитах обеспечения.
Атмосферу Ламина, стремительно раскаляясь, взрезал острый черный нос
имперского линкора. Среди операторов космодромных батарей началась паника:
люди бежали наверх, сбивая с ног орущих офицеров, ломая ногти о перила лестниц
и кнопки лифтов. Центральный баллистический компьютер «Валькирии» подтвердил
выданное командиром совмещение нулей, и комендоры положили руки на клавиатуру
пультов. Те, кто успел выскочить на поверхность, увидели в черном небе
нестерпимо яркую голубую звезду — и это было последнее, что они видели в своей
жизни, потому что плиты космодрома дрогнули, вспухли невесть откуда взявшимся
пламенем, взметнулись в небо кипящими фонтанами — из мрака холодной ночи
ниспадал Апокалипсис.
Кто-то из офицеров сумел сохранить присутствие духа, уцелевшие шахты
взорвались ревом стартующих ракет, вслед им ударили ажурные «зонтики» батарей,
но это была контратака отчаяния — линкор легко накрыл последние очаги
сопротивления и прекратил стрельбу, готовясь к посадке…
В ходовой рубке царило нервное веселье. Из-за дыма, затянувшего весь порт,
Гот не мог
