На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
на полу затлели ковры.
«- Кто-нибудь! — крикнул Торвард. — Прикажите танкам на площади прекратить
стрельбу! И — наверх!
Свистящие удары башен смолкли. Защитники шестого этажа, увлеченные боем, не
заметили прекращения огня — а может, просто не отреагировали на него: этаж
продолжал бессмысленную пальбу. Лишь когда трое из них неожиданно превратились
в дымящиеся кровавые кляксы, остальные пятеро отпрянули от окон и замерли в
немом ужасе. Полутораметровые гранитные стены уже не могли их защитить: смерть
стояла рядом, криво ухмыляясь черными сферами непробиваемых имперских шлемов.
— Дайте свет, — спокойно приказал Торвард. Обожженный коридор прорезало
холодное сияние прожекторов. Королев смотрел на последних защитников башни с
брезгливостью. Вряд ли род Хэмпфри относился к своим слугам с любовью — и тем
не менее они служили ему. Зачем? Ради чего?
— Бросьте оружие, — произнес он.
Излучатели выпали из обессилевших рук, стукнули об пол, зашипели в лужах
крови, которую не смогли впитать толстые ковры — ее здесь было слишком много.
— Я ценю мужество вашего идиотизма, — тихо проронил Торвард, — поэтому вы,
возможно, останетесь живы. Мне нужен управляющий леном — нет ли его среди вас?
— Мы всего лишь евнухи его милости, — хрипло пискнул один из оборонявшихся.
— Господина управляющего убило сразу же…
Торвард откинул забрало и достал из нарукавного кармана сигарету.
— Евнухи, стало быть, женщины его милости — здесь?
— Те, кого не успели зарезать господин Харви и господин Носке, — на
последнем этаже. Их там еще много…
— А… где эти любезные господа Харви и Носке?
— Они ушли вниз, и больше мы их не видели.
— Ну, я надеюсь, что их достал тот сумасшедший в шестнадцатом танке…
Ладно, орлы. Живите — вы заслужили свою жизнь. А увидите хозяина, передайте
ему следующее: я, лорд Торвард Королев, обещаю, что в самом ближайшем времени
у него не останется ни одного неразрушенного гнезда, ни одной несожженной
башни… Слышите? Не забудьте мои слова. А сейчас покиньте здание, выйдите из
него с поднятыми руками — вас никто не тронет, вы свободны. Сержант,
распорядитесь, чтобы их не задерживали.
Торвард повернулся и медленно двинулся вверх по лестнице. Он знал, что он
там увидит, — и хотел, чтобы это увидели его люди.
По команде сержантов танки с площади дали свет в окна седьмого этажа, и
коридор был освещен вполне прилично. Здесь не было огня. Здесь была кровь.
Полдесятка дверей были распахнуты… на пороге одной из комнат лежала девушка
с наскоро вспоротой брюшиной — она умерла далеко не сразу, умирая, она
пыталась зачем-то выползти в коридор, но не смогла; еще один труп с
перерезанным горлом лежал под стеной, усыпанной серебристой пудрой осыпавшейся
штукатурки. Мелькающие за спиной Торварда фонари высветили еще несколько
полуобнаженных окровавленных тел — девушки, вероятно, пытались убежать от
своих убийц, но те настигли всех.
Королев шел по пятнисто освещенному коридору, слыша за спиной сдавленный мат
ошарашенных десантников, и удивлялся, почему его не тошнит.
— Интересно, — произнес он, — а где живые-то? Голос прозвучал так, как он и
хотел, — безразлично. В бою командир не имеет права на эмоции! Даже там, где
его люди задыхаются от ужаса и ярости, — командир должен быть холоден, как
клинок… иначе ему не будут верить.
В ответ на его вопрос из-за закрытых дверей раздался тихий многоголосый
плач. Торвард стиснул зубами сигарету и рванул на себя изящную дверную ручку.
Дверь была заперта изнутри.
— Ломайте, — приказал он. — Женщин — в танки и катера. Пройдитесь по всему
зданию, здесь должно быть полно драгоценностей. Всю добычу сдадите офицерам.
Позже каждый получит свою долю. Себе я не возьму ничего.
— Как это, милорд? — удивился кто-то из десантников.
— Это личная вражда, — объяснил ему Королев, — между мной и хозяином этого
зоопарка. Энджи, постарайся успокоить девушек…
Он отошел к окну и глубоко вздохнул. Десантники выводили из будуаров
заплаканных женщин, в одной из комнат раздавался тихий голос Энджи, кто-то с
шумом вскрывал шкафы, выбрасывая на пол ящики. В шлеме зашипело: хрипло
прорезался пронзительный писк вызова, и раздраженный голос Ровольта устало
произнес:
— Вызываю командира… Тор,
