Миры Королева

Детеринг увидел почти сразу: в углу, за большим овальным столом сидели Мюир, Тальберг и Айна.
– Быстро вы, – произнес Тальберг, поднимая глаза на не успевшего присесть Костаса.
– Сегодня да, – кивнул тот. – Бодуэн удивил.
– О, – шевельнул серыми губами Мюир.
– Н-да-да… сразу говорю – по Титу – и да, и нет. Товар есть, Бодуэн поможет, но с конвоем, как я понял, придется развязываться самим. Или – в основном самим. А вообще у
них там непонятки, и серьезные. Ярдвар не могут двинуться с места, пока не будет решен вопрос с проклятым наследством. А решаться он не спешит…
– Это знают уже все вокруг, – кисло заметил Тальберг. – Что теперь нам?
– Ну что… хм…
Костас выдвинул из-под столешницы планшет, похожий на тот, что Йорг уже видел в такси, и некоторое время читал ползущие сверху вниз строчки.
– Закажу вам птицу гвак с овощами, – решил он, подмигнув Кире. – С непривычки – самое то.
– С какой еще непривычки? – поднял брови Драпендра. – Тут в меню что хочешь… чего ж ты ребятам головы морочишь?
– Нет уж, нет уж. Пусть попробуют. И каракешевой настойки по бокальчику. Для начала.
– Это не авантюрно? – с деланым безразличием поинтересовался Детеринг.
– Вся жизнь – авантюра, – буркнул Костас. – Если в тебя не полезет каракешевая, лучше все бросать и возвращаться домой под одеяло…
– Из чего ее хоть делают? – моргнула Кира.
– Из каракеша, – почесался Детеринг. – Из чего же еще?
В ожидании заказа Йорг осмотрелся по сторонам. Свободных столиков в зале было всего несколько. Основную массу посетителей составляли корварцы в богатых нарядах и столь же респектабельные лидданы. Среди прочих он заметил нескольких россов, одетых, согласно традиции «вольных капитанов», в разноцветные кожаные куртки, с обязательными темными обручами на головах. Из-под потолка плыла едва слышная музыка, неторопливая и томительная, похожая на легкий шелест степного ветерка.
«Вот и смотри, – сказал себе Детеринг. – Говорили: мир велик… а он на самом деле куда больше. И где предел – не ведает никто…»
Давняя привычка анализировать ощущения вдруг отказала. К немалому его изумлению, капитан Детеринг чувствовал себя просто великолепно. Гудящее собрание жующих, пьющих, курящих из длинных трубок всякую дрянь чужих, каждый третий из которых был если не пиратом, так контрабандистом, не шокировало его нисколько, хуже того – ему было весело и интересно.
– Ага, – сказал вдруг Костас, – приехала каракешевая.
Йорг повернул голову и увидел ярко-желтый вертикальный цилиндр, застывший возле их столика. Верхняя часть робота заканчивалась своеобразной «короной», на которой стояли несколько блюд, бокалы и графины. Как только Костас и Айна переставили заказ на столешницу, «корона» непостижимым образом свернулась и исчезла, а на ее месте выросла вторая, заполненная еще большим количеством кушаний. После того как разносчик оказался разгружен, Костас вставил указательный палец в открывшееся отверстие на его боку. В ответ раздались мелодичные слова благодарности, и робот исчез, буквально провалившись под пол.
– А если не заплатить? – с любопытством спросила Кира.
– В целом тут верят на слово, – засмеялся Тальберг. – Но лучше этого не делать.
– Или найти кого-нибудь, кто заплатит за тебя, – хмыкнул Костас. – Вот, кстати…
На его лице появилась улыбка.
К их столику приближался корварец в желтой рубахе с короткими рукавами, заправленной в медно-красные, поблескивающие свободные брюки. Впрочем, нет… Детеринг не сразу понял, что это не «он», а – она. Светлая, даже нежная по тону коричневатая кожа на вытянутом вперед лице, удлиненные, стремящиеся к вискам глаза и общая грация: в походке, в движении, которым гостья подала Костасу ладонь, к которой тот, смеясь, прикоснулся губами; Йорг прекрасно знал, что в корварском обществе женщина ничем не уступает мужчине, и все же успел удивиться.
– Вьекки, – произнес Костас, выпрямляясь, – какое же ты счастье. Стоит тебе появиться – и сразу хочется петь.
Корварка забросила за плечи густую гриву соломенно-желтых волос и уселась на свободный стул. Каждый ее жест был неспешен, блестящие миндалевидные глаза беззвучно смеялись темной бронзой вертикальных зрачков. Глядя на нее, Йорг забыл о стоящем перед ним бокале, распространяющем волнующие карамельные ароматы. Вьекки была совершенно фантастична, и даже вытянутое лицо с крохотной розовой пуговкой носа, под которым улыбались тонкие алые губы, не отталкивало, а наоборот, влекло своей загадочностью. Йорг знал: брак homo и корварки носит «ритуальный характер» в том лишь смысле, что потомства ждать от него не приходится, во всем же остальном он вполне реален, ибо по странной ухмылке судьбы супруги