На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
костяшками пальцев по крышке осклизлой домовины.
— Что — странно? — Джентльмен в пальто рывком обернулся, лицо его вдруг
опасно заострилось. Сбивайте крышку! — Мне кажется, он слишком уж легкий…
Полицейские кинжалы без труда отделили некогда полированную крышку, и
склонившийся над гробом шериф недоуменно ахнул.
— Кретины! — Недокуренная сигара, описав в воздухе пологую дугу, упала на
дно могилы. — К-кто? — заикнулся окаменевший от ужаса шериф. — Не
переживайте, Клозье, — я тоже. Точнее говоря, я в первую очередь… Закопайте
это дерьмо, парни, — узколицый поморщился, — и забудьте обо всем, что сегодня
было, ясно? — Кто он такой, шериф? — растерянно спросил сержант, глядя, как
незнакомец распахивает пассажирскую дверь своего роскошного коптера. —
Делайте, что вам говорят, олухи! — Короткая нога Клозье спихнула в разрытую
могилу пустой гроб. — И молчите! Молчите!..
— Поместье лорда Арифа, — бросил он пилоту, устраиваясь в широком кожаном
кресле. Тонкая рука с украшенным небольшим перстнем средним пальцем
скользнула по подлокотнику, нащупывая нужный сенсор, и вокруг головы на
секунду моргнула синими звездочками невидимая сфера индивидуального
аудиополя. — Я лечу к тебе. Ара… У меня очень веселые новости. «Что ж, —
сказал он себе, раскуривая новую сигару, — в нашей игре бывает всякое…
Хотя, если уж честно, такого еще не было. А ведь играем мы не первый день!»
Он усмехнулся. По большому счету, весь этот покер начался еще в те веселые
денечки, когда неукротимый и ужасный викинг лорд Торвард, получивший в
наследство от блистательных предков несокрушимый имперский линкор, раскатал
бедный Бифорт траками своих танков и объявил себя бароном этого захолустного
мира. Меня, правда, тогда еще на свете не было, владетельный папаша изволил
зачать его милость лорда-наследника несколько позже, но карты — карты уже
лежали на столе, и нам с Арой осталось лишь подхватить их, когда занудливые
старики отправились спать… Лорд Торвард Королев имел множество друзей,
умеющих дать добрый совет. Друзья сделали его человеком, способным
переплавить в звонкую монету любой катаклизм смутного времени, а время тогда
!k+. именно что смутное. Человеческие миры, жалкие обломки некогда всемогущей
Империи, по самые уши увязли в глубочайшем кризисе, и тлен деградации
становился все более заметен. Спесивые лорды Объединенных Миров едва не
напали на Орегон — мир, не затронутый страшной Войной и последовавшим за ней
Распадом и сумевший сохранить некие крохи имперских технологий:
предприимчивость и богатство орегонских магнатов жгли аристократам глаза;
бесцеремонные криминальные кланы Авроры уверено гребли под себя все, что
плохо лежит… И тут на звездных трассах появился гигантский имперский
линкор. Он был страшен в своей мощи. Невероятные по дерзости кровавые налеты
сделали свое дело — мир вздрогнул, и когда черный монстр по имени Торвард
Королев объявил об оккупации принадлежавшего ОМ Бифорта, ни у кого не хватило
духу оспорить свершившийся факт. Мало кому могло прийти в голову, что за
спиной кровавого авантюриста стоит все та же мафия — вездесущая и
непобедимая… Почтеннейший Лука Кириакис, банкир и магнат, глава
могущественнейшей из аврорских «семей», стал фактическим совладельцем
захваченной планеты. Его сын Ариф родился в один месяц с лордом Робертом
Королевым, сыном его милости лорда-владетеля. Они росли вместе. Когда отец
отправил пятилетнего Роббо в Орегонскую Военно-дипломатическую академию,
следом за ним вылетел и роскошный лайнер с радостно вопящим Арой — старик
Лука, устав от гневного визга любимого потомка, трезво рассудил, что
орегонская ВДА — не самый худший, в конце концов, вариант. Учили в академии
крепко… Все двенадцать лет кадетам приходилось носить строгие, имперского
образца мундиры и жить под неусыпным контролем суровых наставников.
Полуказарменный быт, по идее, должен был способствовать развитию твердости
характера и стойкости перед лицом всевозможных служебных тягот — но юные
охламоны прекрасно знали, что служить кому-либо, кроме самих себя, им вряд ли
придется, и отрывались вовсю, очень быстро заработав репутацию чрезвычайно
