На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
дыма глазами, гангстер тащил за шиворот худощавого
смуглолицего мужчину с длинной черной косой. — Йо-Йо Джордан, милорд, —
объявил он, — прошу любить и жаловать! — Уберите своих ребят, — распорядился
Роберт, — и найдите чего-нибудь выпить. Вы же, Джордан, присаживайтесь, не
стесняйтесь: я очень хочу сказать вам пару слов. В его руках появился
овальный мемеограф. Увидев прибор, Джордан криво усмехнулся и лениво зашарил
по карманам в поисках сигарет. — Ничего интересного ваша машинка вам не
расскажет, — сообщил он, — потому как мама родила меня у самого черта на
рогах, и до прибытия на Грехэм я не числился ни в одном галактическом
реестре. — Да, в самом деле, — согласился Роберт, — прибыли, назвались
Джозефом Джорданом и вскоре попали в рудники его милости лорда-владетеля.
Вполне достойная, надо сказать, биография.
— Вам не нравится? — Нет, отчего же… Скажите-ка, Йо-Йо, вам никогда не
говорили, что ваш акцент звучит достаточно странно? Джордан окинул Роберта
коротким изучающим взглядом и презрительно усмехнулся. — Я слышал, что так
говорят на Октавии — есть такая планетка, протекторат Объединенных Миров. Что
же это получается, старина — родились вы где-то в Окраинах, а выросли, стало
быть, на Октавии? Но коли так, то отчего ж молчит мой любезный друг
мемеограф?.. Каким это, интересно, образом вам удалось убрать свой личный код
из корневого реестра ОМ? — Роберт принял из рук Маркова рюмку с коньяком и
расслабленно откинулся на спинку кресла. — И вообще, для чего же вам
понадобилось стать человеком без прошлого? Что у вас там, за спиной? Человек
с черной косой не ответил. Стоявшей за креслом Роберта Кэтрин показалось, что
в его удлиненных миндалевидных глазах медленно кружится бездна. Ей уже
a+cg +.al видеть подобное — на допросах тех, кого петля лорда-владетеля ждала
при любом раскладе обстоятельств. Они молчали, и их молчание было
непробиваемо — так же, как и молчание Джордана. — Он не будет говорить, —
негромко произнесла Кэтрин, — на нем висит нечто такое, о чем говорить не
следует… — Да, наверное, — кивнул Роберт, — наверное… Что ж, не будем
терять времени. Упакуйте этого красавца, — поднял он глаза на Баркхорна, — на
борту «Валькирии» я выжгу ему мозги и узнаю все, что мне нужно. Допив коньяк,
он поднялся из кресла. — Я… — робко начал Марков. — Я хотел бы напомнить
вашей милости о неких гарантиях, касающихся моей безопасности… — Все будет
в порядке, — успокоил его Роберт, — я немедленно свяжусь с Лемуэлем Тройлом —
такая крыша, полагаю, тебя устроит? Но ты, Пипс, пока не исчезай, может
статься, ты мне еще понадобишься. Идемте, господа, идемте! У нас, кажется,
еще полно дел.
— Я в последний раз предлагаю вам, Джордан, проявить благоразумие и
ответить на мои вопросы. — Роберт прикусил сигару и выжидающе заглянул в
бездонно-черные глаза гангстера. — В любом случае, через полчаса я буду знать
все, что знаете вы, — но вы после этого превратитесь в мычащего идиота… Или
для вас так будет лучше? — Попробуйте, — невозмутимо пожал плечами его
собеседник. — Поехали, — вздохнул Роберт, разворачиваясь к сидящему перед
экраном врачу. Джордан содрогнулся. Широкие ремни, которыми он был привязан к
мягкому анатомическому креслу, затрещали под напором его судорожно трепещущих
мышц; откинув голову, он издал клокочущий горловой вопль и обмяк, лишившись
сознания. Врач недоуменно дернул плечом и стремительно Пробежался пальцами по
лениво помаргивающей клавиатуре аппарата. — Странно, милорд, — не
оборачиваясь, промычал он, — я не знаю почему, но зонд не идет. Знаете, это
выглядит так, будто он натыкается на какой-то экран. — Попробуйте изменить
частоту, — напрягся Роберт. — Вы, кстати, уверены, что прибор в норме? —
Безусловно, — отозвался врач, — конечно, им
давно никто не пользовался, но система здесь самотестирующаяся, так что
ошибки быть не может… Гм. Вы знаете, смена частот ситуацию не меняет!.. Что
прикажете делать? — Чем вы можете это объяснить? — Роббо поднялся из своего
кресла и подошел к нему. — Как можно было… — Его мозг не отзывается на
сигнал зонда, — ответил врач. — Луч не может пробиться к нейронам, несущим в
себе сознательную память индивидуума — ощущение такое, что оба полушария
прикрыты каким-то невидимым
