На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
можем предположить, что налет — работа
Графа. Мы можем даже предположить, что Кшись и Урбан нужны были ему в
качестве этикетки — но тем не менее дальше предположений мы пока не
продвинулись. Я охотно верю, что Руппа уделали именно из-за интереса к Даниэли,
я почти уверен в том, что твое присутствие в данном случае никак не связано с
происшедшим… Ну и что?
— Стоп! — Роберт едва не подпрыгнул на диване. — Этикетки… для кого? Не
для меня же. Ара! Обо мне они ни сном ни духом, это мы знаем теперь точно,
потому что в противном случае мы бы сейчас с тобой не завтракали. Значит —
для кого? А почему мы до сих пор не предположили, что Даниэли, именно Даниэли
и был тем самым стукачом? Ариф перестал жевать.
— Картинка получается логичная, — признал он после короткого размышления, —
но до ужаса дикая. Даниэли играл в свою игру? Теоретически, он мог это делать
— его профсоюз весьма влиятелен во всех портовых сферах. Но играть в одиночку
он не стал бы, это просто нелепо. Следовательно, ключевая роль человека по
имени Мэриэн Беллинг становится все более очевидной…
— Я летел сюда, желая потолковать с Сухаревым, — отстранение заметил
Роберт, — старая перечница всегда в курсе всего на свете, а мне почему-то
ударило в голову послушать свежие сплетни. Теперь выясняется, что Сухарев
тоже что-то такое услышал. О Руппе, между прочим, я уже начал забывать да что
говорить, я вообще позабыл о деле Макса Даниэли, оно у меня зависло где-то на
самых задворках памяти. В кармане Арифа требовательно пискнул фон.
Встрепенувшись, Кириакис поспешно вытащил аппарат и окутался аудиополем.
После первых же слов абонента его брови скорбно сомкнулись на переносице.
Глянув на него, Роберт скептически покачал головой и налил себе еще одну
рюмку.
— На всем Бифорте имеется только один человек по имени Мэриэн Беллинг, —
сообщил Ариф, отключая аппарат. — Женщина…
— Женщина? — Рюмка Роберта остановилась на полпути между столом и ртом. —
Ого- — Да… Женщина, двадцати девяти лет, пять лет назад прибыла с Ламина и
без всяких проблем вступила в бифортское подданство. Местопребывание данной
особы неизвестно. Сейчас парни выясняют, кто она и что собой представляет,
но, боюсь, пока это пустышка — на нее нет ни полицейских, ни налоговых
материалов. Известно лишь, что легальным путем она планету не покидала.
— Мы ходим кругами, — произнес Роберт. — И хотя эти круги мы вроде как
сужаем, но тем не менее до сути дела докопаться не можем, более того, с
каждым днем ситуация обрастает все новыми и новыми вопросами. Прискорбно,
милорд. Что мы будем делать сейчас. Ара? Время идет, а мы увязаем все глубже.
Ариф задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.
— Наверное, искать того, кому предназначались Урбан и Кшись?..
— Что неизбежно выведет нас на делишки Макса Даниэли. Тогда — заканчиваем
завтрак, и поехали.
— К кому?
— К Арвиду Граберу, который сменил покойника на посту главы профсоюза. Он
парень толковый, может, расскажет чего. Спустя полчаса коптер Арифа медленно
подплыл к серой громаде административной башни космопорта и опустился на
полупустой площадке для транспорта особо важных персон, каковой лорд Ариф
Кириакис являлся безусловно. Расторопные служащие распахнули дверцы машины и
проводили высоких гостей к одному из центральных лифтов; господин шеф
профсоюза ремонтных специалистов ждал их в своем новом, недавно перестроенном
в соответствии с его вкусами кабинете. Грабера они знали не первый год: когда-
то молодой жучок начинал свою административную карьеру в качестве советника
одного из тогдашних криминальных авторитетов. Чуть позже он осознал грозную
силу профсоюзного движения и сумел поймать тот момент, когда молодые еще
«рабочие» деятели остро нуждались в достаточно беспринципных парнях с
университетскими дипломами — и, раз пригрев себе место, быстро стал своим на
нечистой кухне профобъединений. Организованные им забастовки испортили немало
крови неугодным мафии промышленникам и предпринимателям: вся, до последнего
гвоздя, экономика Бифорта в той или иной степени прокручивалась через жернова
портовой жизни, и люди, державшие в своих руках профсоюзы, в немалой степени
держали за горло всю планету. Бифорт экспортировал все, что производил, и не
меньше
