На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
металлическую загогулину затвора и
осторожно приблизилась к смятому, но еще не горящему носу коптера, поймав
себя на запоздалой мысли о том, что предохранитель скорее всего уже отключен
— на большинстве знакомых ей систем затвор досылал унитар в испаритель только
после снятия с предохранителя, — и опасливо заглянула вперед. Ариф лежал под
искореженной спиной коптера и ожесточенно полосовал короткими очередями
недалекий зеленый пригорок — оттуда, из-за уже дымящихся зарослей кустарника,
ему отвечали несколько стволов. Достать Кириакиса было трудно: едва спрыгнув
с коптера, он плотно забился в довольно глубокую лощину, и выстрелы
оппонентов лишь корежили и без того корчащийся в огне пластик хвостовой
части. Открыть огонь по пригорку Кэтрин не успела: появившийся из-за спины
Роберт бесцеремонно сбил ее с ног, вдавил ногой во влажный грунт и прохрипел:
— Вон они, суки!
Она повернула голову. Левее, в полусотне метров от них, белели толстые
колонны парадного подъезда небольшого трехэтажного дома, и вокруг стоящего на
ровной лужайке довольно большого желтого коптера суетились какие-то люди.
Кэтрин показалось, что они выносят что-то из дома, — и тут над ее ухом тяжко
загрохотал излучатель Роберта. Ариф, разделавшийся со своими противниками —
холмик был изрыт вдоль и поперек, над ним лениво клубился дымок тлеющей
травы, — неожиданно перенес огонь на усадьбу, и Кэтрин восхищенно замерла:
такой стрельбы ей видеть еще не приходилось. Фигурки людей, бегавшие возле
коптера, были сметены в считанные секунды; сам коптер Ариф и Роббо отчего-то
не тронули.
— Займись Лео! — крикнул Роберт, выпрыгивая из-за носового обтекателя.
— Какое дерьмо они там таскали? — спросил Ариф, подбегая вместе с ним к
пригорку.
— Хрен… знает!.. — выдохнул в ответ Роберт, вскидывая свой излучатель. —
Вон… опять! Древний имперский «нокк» послушно заколотился в его руках,
напрочь вынося несколько окон первого этажа, за которыми скрывались
таинственные налетчики. Перед фасадом повисло густое облако белой пыли. Ариф
присел на одно колено, прищурился:
— Ты слышишь — двигатель? Роберт отреагировал мгновенно: его излучатель
вновь дрогнул короткой очередью, и желтый коптер перед домом посыпался
ослепительными искрами кипящих осколков металла.
— Идиот, — успел сказать Ариф. Над острой черепичной крышей строения на
секунду показалось вытянутое серебристое яйцо с короткими плавниками двойного
киля и консолями до отказа задвинутых крыльев — показалось, чтобы в следующий
миг со скребущим душу визгом исчезнуть в сером пасмурном небе.
— «Болланд-Виктория», — задумчиво произнес Ариф и повторил: — Идиот.
— Бывает, — огорченно признался Роберт. — Идем?
— Идем, — вздохнул Ара, поднимаясь. Роберт криво усмехнулся и зашагал вслед
за другом по высокой, никогда не стриженной траве. Миновав дымящийся остов
желтого коптера, они приблизились к широкой каменной лестнице усадьбы, и
Ариф, вдруг рванувшись вперед, резво взбежал наверх и наклонился над
удлиненным предметом, сильно напоминавшим собой свернутый ковер.
— Что там такое? — удивленно спросил Роберт, стоя внизу.
— Это она, — ответил Ариф. — Она жива, но… иди сюда. Роберт поспешно
поднялся по лестнице и присел на корточки рядом с Кириакисом. Продолговатый
предмет, брошенный налетчиками, действительно оказался молодой светловолосой
женщиной, плотно, под самое горло, упакованной в серый пластиковый мешок. Для
надежности ее еще и натуго перетянули прочной липкой лентой, и теперь Ариф,
осторожно приподняв бесчувственное тело, со скрипом отдирал ее от мешка.
Чтобы облегчить другу работу, Роберт перехватил женщину под поясницу и
вгляделся в ее лицо, красивое даже сейчас, несмотря на синюшную бледность и
запавшие щеки.
— Ее треснули по голове, — сказал Ариф. — На затылке — видишь? Роберт
осторожно повернул светловолосую голову, убрал пальцами мешающие ему пушистые
локоны и всмотрелся в покрытую запекшейся кровью припухлость.
— Череп не проломлен, — уверенно определил он, — но удар был хороший. Она
не скоро придет в себя. Что будем делать?
— Осмотри пока дом, — предложил Ариф. — Вдруг там еще кто-то сидит? Я уже
устал от неожиданностей. Роббо согласно кивнул и поднялся. Широкие резные
