На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
истины!
— Франкитти — дебилы, и ты зря им льстишь, уверенно заявил Тройл. — Это я
говорю вовсе не из корпоративных чувств, нет, я знаю, о чем толкую, я,
наверное, самый мощный на Грехэме эксперт по этой семейке. Они никогда не
думают головой, это их жизненное кредо. Сперва сделай, а потом подумай — это
у них девиз, уж ты поверь мне. Вот они и бросились делать. Франкитти
допрыгаются, это я тебе серьезно говорю. Если они сейчас начнут настоящую
войну, а дело тем и пахнет, они потеряют все, что имеют в мирах Содружества,
их отсюда просто-напросто вышибут.
— И ты при этом не упустишь своего?
— Ну я же не дурак, Роббо… У меня достаточно средств, чтобы надавить на
Чаркаша, заставить его принять самые жесткие из всех возможных, да что там —
вообразимых! — мер, и мы их отсюда вышибем. Назад они уже не вернутся. Ты же
понимаешь, по каким законам мы живем.
— Ты хочешь сказать, что на хороший кусок всегда найдутся желающие?
— Я скажу так: то, что не съем я, проглотят другие. Мне даже выгодно будет
лишний раз подкормить кое-кого из хороших людей. Роберт вздохнул и задумчиво
поболтал в воздухе своей чашкой с кофейно-коньячной смесью. Перспектива
разделаться с Франкитти без лишней крови и, конечно же, лишнего риска,
пружиной выскочившая из рассказа Тройла, пришлась ему по вкусу, но принимать
решение было рано — и в то же время ему некогда было предаваться раздумьям.
Ему требовалась уверенность — или да, или нет, — а дать ее Лем Тройл не
мог…
— Послушай-ка, — сказал он, глотнув из чашки, — ты не мог бы посвятить мне
остаток сегодняшнего дня? Тройл посмотрел на часы и потер подбородок,
размышляя.
— Да, — ответил он. — Ты хочешь кого-то повидать?
— Старшего из Максаковых и прокурора Чаркаша. Ты поможешь?
— Именно в таком порядке?
— Разумеется, Лем: то, что я буду требовать от Чаркаша, напрямую зависит от
ответа, который даст мне Максаков.
— Я могу просить тебя раскрыть карты? Роберт вздохнул и прикрыл глаза.
— Можешь. Но тебе самому это не нужно. Все, что я могу тебе сообщить, не
подвергая твою шею лишнему риску, звучит приблизительно так: я очень хочу,
чтобы Франкитти убрались с Грехэма. Если этого можно добиться бескровными
методами, я за обеими руками…
— Морис — это твоя работа? — спросил Тройл, наливая себе новую порцию
коньяку. Роберт поднял веки; Тройл ждал ответа, глядя на него с вымученной
улыбкой. Ему очень не хотелось получать ответ на этот вопрос — он и так знал
ответ, — но не задать его он не мог…
— Для тебя это важно? — спросил Роберт. Лем опустил плечи и коротким
взмахом руки отправил коньяк себе в горло.
— Хорошо, — сказал он, сосредоточенно жуя лимонную дольку, — Чаркаша мы
найдем вечером в клубе. С Миком Максаковым сложнее. У них война, и ты сам
понимаешь… но я постараюсь его найти. Мне он не сможет отказать. Он рывком
выбрался из кресла и пересел за свой письменный стол. Развернув голодисплей
универсального интеркома, Тройл набрал сразу несколько местных номеров и
принялся ждать ответа абонентов. Через несколько секунд ему кто-то ответил.
Лем окутался сферой аудиополя и с минуту говорил по другой линии вышел новый
абонент, и он переключился на него.
— Через полчаса Мик будет ждать нас в одном из своих укрытий, — сообщил он,
закончив переговоры. — У нас мало времени, поэтому давай собираться. Выйдя из-
‘ стола, он надел пальто, порылся в карманах и выложил на стол небольшой
бластер. Роберт посмотрел на него с искренним изумлением:
— Ты носишь оружие? Но для чего?
— Даже не знаю, Роббо… — пожал плечами Тройл. — Так, для самоуспокоения.
Идем, мой коптер ждет на крыше. У тебя, кстати, есть пушка?
— В коптере. Я таскаю с собой старый «нокк», а он слишком громоздкий, чтобы
носить его под одеждой, — даже если натянуть на себя лошадиную попону, его
все равно будет видно.
— Ты кого-то боишься, Роббо?
— Ну, не так категорично. В последнее время наша с Арой жизнь значительно
усложнилась — а жить мне все еще хочется. Тройл вызвал свой персональный лифт
и с сомнением покачал головой:
— Мне кажется, вы сами ее себе усложняете раз за разом. Роберт промолчал.
Отвечать что-либо не имело смысла, почтеннейший Лемуэль Великолепный смотрел
на вещи под совсем другим утлом. Способ бытия, как и меру ответственности за
свои поступки, он не просто выбирал
