На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
и фон Дитц, не
произнося ни слова, свернул голову старой пузатой бутылке с коньяком.
Тренированный нюх ни разу не подводил его, и лорд-наместник с ходу угадал,
что будут пить его неожиданные гости: уж коли они полдня заправлялись именно
коньяком, то коньяк же, без сомнения, они станут пить и вечером. Сам он
предпочитал разнообразные местные настойки, которые виртуозно готовили
степные бродяги, но сейчас, из корпоративности, он и себе налил немного
коньяку.
— Ваше здоровье! — провозгласил Роберт. Дитц молча поклонился в ответ и
пригубил из своей рюмки. Лем, ощутивший вдруг приступ невероятного голода,
принялся изящнейше ковыряться вилкой в салатах. Посмотрев на него, Роберт
сочувственно крякнул и поднял глаза на каменнолицего наместника:
— Нас привела к вам ситуация, сложившаяся в Саберхиле после известного вам
убийства господина Бертрана Мориса, гангстера и торговца зельем… Он
выдержал многозначительную паузу, и Дитц зашевелил носом, пытаясь понять, что
же именно могло заинтересовать в этой истории самого лорда-наследника. Он
стремительно перетасовал в уме все известные ему факты, но найти ответа на
свой вопрос так и не смог. Дело было сделано на высочайшем уровне, все
эксперты пришли к выводу, что в усадьбе покойного Мориса действовали некие
посторонние наемники, бесшумно покинувшие планету сразу после окончания
операции. Шеф криминальной полиции, докладывая наместнику о ходе
расследования, обвинял во всем известный гангстерский клан Максаковых,
действительно имевший немало причин для подобного преступления. Дитц слушал
его с большим сомнением: во-первых, Максаковы никогда ни с кем не воевали,
ведя сугубо мышиный образ жизни, во-вторых, акция такого уровня по любым
расчетам получалась слишком, слишком дорогой… Лорд-наместник едва заметно
двинул плечом и решил послушать Роберта.
.. а также пресловутая война гангов, развернувшаяся как следствие этого
громкого дела, — закончил Роберт ранее начатую фразу и бросил в рот скользкий
маринованный грибок, подцепив его вилкой в серебряном судке под самым носом у
радостно чавкавшего Тройла. Дитц расслабил мышцы своего впалого живота. Ему
по-прежнему было непонятно.
— И вот, — продолжал Роберт, чувствуя неожиданный прилив вдохновения, —
возникает вопрос: кто для нас выгоднее — тихие Максаковы или буйные,
непредсказуемые Франкитти? Лорд-наместник начал понимать, почему Роберт
прилетел к нему в компании господина Тройла, уплетавшего в данный момент
салат.
— Ведь в сложившейся ситуации кто-то из них должен пасть, не так ли? Дитц
разжал пересохшие губы:
— Мне кажется, этот вопрос входит в сферу компетентности его милости лорда-
прокурора Чаркаша. Я рекомендовал бы вам обратиться непосредственно к нему,
джентльмены.
— Лорд-прокурор куплен, — возразил Роберт, протягивая руку к бутылке.
— А кто на этой планете не куплен? — едко усмехнулся фон Дитц. — Наверное,
только мы с вами…
— Да нет же! Лорд Норберт, поймите: Чаркаш куплен именно кланом Франкитти,
причем куплен от и до, на корню! Сейчас он кинется наказывать Максаковых,
завтра Франкитти потребуют от него еще чего-нибудь, послезавтра процесс
приобретет лавинообразный характер и станет необратимым. Грехэм — это планета
Содружества, а никак не Федерации Аврора, вы меня понимаете? Наместник
проглотил полную рюмку, даже не ощутив вкуса старинного напитка. Услышанное
им выходило за рамки вообразимого. Лорд-прокурор Грехэма, находящийся на
службе у людей одного из крупнейших аврорских кланов!.. Дитц живо представил
себе лицо лорда Торварда, выслушивающего его, лорда-наместника, доклад. Он
меланхолично поднял опустевшую рюмку, и Роберт, уловив его темный взгляд,
поспешно наполнил ее снова.
— Прошу извинить меня, джентльмены, — сказал наместник, нажимая спрятанную
под столешницей кнопку. Где-то в глубине помещения едва слышно скрипнула
тяжелая дверь, и в круг света проворно занырнул немолодой слуга.
— Терминал, — приказал ему Дитц одними губами. Его люди не первый день
следили за всеми действиями крупнейших грэхемских чиновников, но последние
месяцы ничего из ряда вон выходящего не происходило, и лорд-наместник
несколько разленился, перестав утруждать
