На смену романтической эпохе послевоенной Империи, когда разумные расы Галактики объединились во имя мира и процветания, пришло новое время. Время готовых ради наживы на любые преступления. В этих условиях только самые достойные офицеры Службы Безопасности Галактической Империи и в их числе династия Королевых способны противостоять проискам врагов Империи. Пока такие, как он, носят офицерскую форму, космическим пиратам и гангстерам никогда не будет спокойной жизни.
Авторы: Бессонов Алексей Игоревич
бессознательном состоянии госпитализирован на «Парацельсе». Теперь о нем
вспомнил расторопный старший офицер «Сакса», который спешно просматривал
материалы по личному составу в поисках редкого специалиста.
— День добрый, — кисло отрекомендовался Мелеш, обводя рубку взглядом
своих небольших острых глаз.
— Дайте ему коньяку, — распорядился Волльмер, сразу понявший, с кем имеет
дело. — Не видите, что ли, человек ранен…
Мелеш оживился. Кто-то из пилотов протянул ему гнутую хромированную
фляжку с неприкосновенным запасом; вцепившись в нее забинтованной правой
рукой, ксенолог резво подъехал поближе к пульту и уставился на картинку.
Несколько минут он молча глядел на экран, затем открыл флягу, блаженно
глотнул — по рубке поплыл характерный аромат дешевого бренди — и наконец
причмокнул губами: — Поздравляю вас, джентльмены. Мы открыли так называемый
Седьмой Айоранский мир. Историю все помнят?
— С чего это вы взяли? — недоверчиво спросил главный инженер.
Мелеш пожал плечами.
— Это человеческий корабль. Уровень развития примерно соответствует эпохе
Ру у корварцев. Субсветовая реактивная техника, скорость около 0,8 L, радиус
действия — до двадцати световых лет. Плюс-минус, я бы сказал… Вооружение
не устанавливается, так как раса еще не вступала в Большой Контакт и
представляет собой замкнутую социосистему. Учитывая, что мы имеем дело с не
слишком типичным случаем, социум у них наверняка странноватый и не совсем
соответствует теоретическим выкладкам, применимым в данной ситуации. Если
кто-то захочет писать диссертацию, могу помочь. Материала у вас будет
предостаточно.
— Вы во всем этом уверены, доктор? — тихо спросил Волльмер.
— Как бог свят. Я этой херней занимаюсь всю жизнь.
— Хорошо. — Волльмер выпрямился в кресле и обвел присутствующих
вопросительным взглядом — но все молчали. — Тормозим до нуля, все вместе и
включить стояночные огни. Может, они все-таки увидят нас…
Глава 3 1
Сперва внутри него возник свет. Он был невыносимо ярок, и потребовалось
несколько секунд на то, чтобы осознать — все-таки свет идет снаружи. Тогда
он нерешительно раскрыл глаза. И ему стало больно.
Но глаза он теперь уже не закрывал — ворочая зрачками, медленно
осматривал все вокруг, туманно удивляясь этой солнечной яркости, заполнившей
окружавший его мир. Через некоторое время свет почти перестал его слепить, и
он смог различить контуры предметов.
— Как тебя зовут? — басовито прогудел над ним чей-то голос.
— Меня? Меня?.. — В голове вертелись, нанизываясь друг на дружку, такие
знакомые слова, но он никак не мог собрать их воедино, чтобы выговорить.
Наконец эти слова (или, может быть, все-таки звуки?) слились в прочную цепь.
— Я Халеф бен Ледда, второй сын Светлого Ледды из Кусумма.
Сейчас он смог разглядеть лицо говорившего — это был старик с кустистыми
седыми бровями, из-под которых требовательно поблескивали большущие, словно
у морского змея, круглые глаза. Желтые, круглые глаза.
— Меня зовут Бурк, — тонкие губы недовольно вывернулись, обнажив
превосходные, будто у гоноши, зубы, — я судья этой деревни. Сейчас к тебе
начнет возвращаться память, и тогда, быть может, к вечеру ты сможешь встать
на ноги.
— Деревня? — Он мучительно пытался вспомнить что-то чрезвычайно важное. —
Я в деревне? Действительно, ничего не помню. Я шел, вы понимаете, я долго
шел по снегу, мне было так холодно… А потом… потом я шел по лесам.
Он попытался приподняться на локтях, но крепкая рука старца решительно
надавила на впалую грудь. Халеф заглянул в глаза Бурка и понял, что
сопротивляться не стоит — ему желали добра.
— Пока лежи. Ты лежал больше двух месяцев. Все это время я лечил тебя
грибами и не знал, останешься ли ты человеком. Червь сильно ударил тебя
головой о какой-то камень, но дело не только в камне. Ты знал, что, умирая,
снежный червь может лишить человека разума?
— Червь? О святое утро, кажется, я начинаю вспоминать… да, там был
червь! Была метель, я страшно устал и присел на что-то. Да, точно, и на меня
набросился червь.
«Откуда я шел? — спросил он сам себя. — Как я вообще тут оказался? Я…
кажется, я вылетел из Самерна на воздушном корабле, который должен был
доставить нас… куда? зачем?» Старик немного задвинул
