Миры Королева

визир.
 — Если я не ошиблась, теперь мы должны взять правее, — сказала она
подошедшему Ингру. — Мы уже рядом.
 Андрей задумчиво огладил подбородок, на котором успела прорасти колючая
черная щетина. В принципе, ему следовало остаться в горах, где у спасателей
было гораздо больше шансов обнаружить его, но его пугала мысль остаться там,
в царстве скал и снегов, одному — а вдруг его уже прекратили искать, и что
тогда? С отрядом этих странных гробокопателей он имеет хороший шанс
добраться когда-нибудь до населенных мест, раздобыть какой-либо транспорт и
вернуться на «Парацельс» своим ходом, тогда как в горах ему долго не
продержаться.
 Следуя за уверенно идущей Касси, отряд двинулся через лес. Они шли еще
около получаса — все это время девушка вполголоса беседовала с Ингром, и
однажды Андрей поймал на себе ее взгляд, полный одновременно ужаса и
восхищения: очевидно, парень рассказал ей о его происхождении. Огоновский
порадовался ее нервам — другая, скажи ей, что в отряде идет инопланетянин,
могла бы хлопнуться в обморок, упасть от ксенофобического шока, — а эта хоть
и побледнела, но ничего, обошлось… «Хотя, — подумал, Андрей, — в их
менталитет заложено очень древнее понимание того, что человек не одинок в
этом бескрайнем мире, который мы называем Вселенной. А в основе нашей, еще
более древней, ксенофобии лежит подсознательное ощущение собственной
избранности и родства с каждой песчинкой материнского мира. Поэтому мы и
шарахаемся от всего, что не схоже с нами на клеточном уровне… и нужны были
столетия, чтобы хоть как-то пригасить в себе этот, такой глубокий, ужас…»
 Ингр вдруг остановился, поднял руку, приказывая своим людям стоять на
месте, и поманил за собой Андрея. Путаясь в высоченных травах, майор
приблизился к нему. Рядом, завороженно глядя вперед, стояла Касси.
 Она смотрела вниз.
 А там, внизу, под осыпающимся песчаным склоном, расстилалась долина,
кое-где украшенная зелеными пятнами деревьев — и тем, что называлось
Туманным городом.
 — Бу Бруни… — тихо проговорила девушка. — Это Бу Бруни, Город
Ушедших…
 Постройки, то напоминавшие собой приземистые цилиндрические башни, то
похожие на сложные, усеянные каким-то решетчатыми наростами пирамиды, были
рассеяны по площади долины в полнейшем, как показалось Андрею, беспорядке —
по крайней мере, он не мог бы сказать, где тут находились улицы или
какие-либо проезды. Кое-где среди кустарника и трав виднелись глубокие
черные провалы, ведущие, очевидно, в таинственные подземелья, в которых
побывал дед Касси.
 — Бу Бруни? — неожиданно встрепенулся стоявший рядом с ними Халеф. — Ты
сказала, это — Бу Бруни? Я уже слышал это название…
 Касси не обратила на парня никакого внимания.
 — Мы спустимся, — приказным тоном обратилась она к Ингру. — И пускай твои
бандиты останутся здесь.
 — Мне идти с вами? — спросил Андрей, ощупывая зачем-то свою кобуру.
 Касси повернулась к нему. Теперь только Андрей заметил, насколько глубоки
ее черные, как бездна, глаза. Несколько мгновений она придирчиво осматривала
его, словно сравнивая с обычным человеком. Огоновский улыбнулся; но ее лицо
оставалось таким же серьезным и даже немного мрачным, как раньше.
 — Ингр сказал, что вы врач? — спросила она, выговаривая каждое слово
неестественно медленно и внятно, как будто разговаривала с глухим.
 — Да, — пожал плечами Андрей. — Но это не значит, что у меня много
лекарств…
 Не отвечая ему, Касси снова повернулась к Ингру.
 — Доставайте тросы. Скажи своим, чтобы они готовили обед и ждали нас.
 Андрей не стал дожидаться, пока они разберутся с тросами. Чертыхаясь и
скользя, он спустился вниз своим ходом. Его увлек какой-то непонятный порыв,
совершенно не свойственный его терпеливой и уравновешенной натуре.
Оказавшись наконец внизу, майор отряхнул перчатки и достал бластер… вокруг
таилась опасность, он чувствовал ее подсознательно, как когда-то на Оксдэме
во время той дикой разбойничьей войны, что заставила его надолго погрузиться
в ужасы подземного мира.
 И еще — он осознал это не сразу — в отличие от молчаливых лесов здесь
были звуки.
 Майор Огоновский стоял на желтой песчаной кочке, рядом с которой рос
низкий куст с довольно странными листьями коричневого цвета, от которых