Мистификация

выделять. Лучше считать само собой разумеющимся, что, как и все остальные, Саймон будет рад узнать, что его брат жив.
Беатриса поведала детям эту новость в воскресенье после обеда.
— Мне надо вам кое-что сказать, — начала она, — что-то невероятное и в то же время замечательное.
Затем она рассказала все по порядку. Оказывается, Патрик вовсе не покончил с собой, как они считали. Он просто убежал из дома. А теперь он вернулся. Пока он живет в Лондоне: надо, чтобы адвокаты официально признали его Патриком Эшби. Ему не составило особого труда это доказать. На днях он приедет домой в Лачет.
Беатриса старалась не смотреть на их лица — ей было легче говорить в пространство, как бы отрешившись от окружающих. Но когда она замолчала и наступила ошарашенная тишина, она взглянула на Саймона — и не узнала его. Он был бледен, как полотно, лицо его как-то съежилось, а глаза горели бешеным огнем. Беатриса поспешно отвела взгляд.
— Как это понимать: деньги, которые причитались Саймону, теперь достанутся этому новому брату? — со своей обычной резкой прямотой спросила Джейн.
— По-моему, он поступил ужасно, — проговорила Элеонора.
— В каком смысле?.
— Убежать и оставить нас всех в горе: мы же считали, что он умер.
— Он не думал, что мы так поймем его записку.
— Это неважно. Сколько лет он не давал о себе знать? Семь? Почти восемь. А потом вдруг заявляется и ждет, чтобы мы ему обрадовались.
— Он тебе понравился? — спросила Сандра.
— В каком смысле? Внешне? — На этот раз Беатриса была рада, что Сандра, как всегда, интересуется житейскими подробностями.
— Ну да, он симпатичный? И как он говорит — как мы или с ужасным американским акцентом?
— Он очень красивый юноша, и у него нет никакого акцента.
— А где он был все это время? — спросила Элеонора.
— В основном в Мексике и в Соединенных Штатах.
— В Мексике! — воскликнула Сандра. — Как романтично! А что он носит на голове? Матросскую бескозырку?
— Бескозырку? Разумеется, нет. Он носит шляпу, как и все.
— Сколько раз ты его видела, тетя Беа? — спросила Элеонора.
— Только один раз. Несколько недель тому назад.
— А почему ты нам тогда ничего не сказала?
— Мы решили подождать, пока адвокаты установят его личность и он сможет вернуться домой. Не ехать же нам всем было в Лондон, чтобы на него посмотреть.
— Пожалуй, что так. Но Саймон, наверно, захотел бы с ним повидаться. Правда, Саймон? А мы бы уж подождали. Все-таки Патрик его брат-близнец.
— Я не верю, что это Патрик, и никогда не поверю, — отчетливо проговорил Саймон. В его голосе звучала такая злоба, что уж лучше бы он закричал.
— Почему же, Саймон? — спросила Элеонора.
Беатриса не знала, что сказать. Хотя она и опасалась реакции Саймона, такого она не ожидала.
— Но, Саймон, тетя Беа его видела! Она его узнала!
— Тетя Беа решила, видимо, усыновить какого-то проходимца.
Нет, такого Беатриса никак не ожидала.
— Саймон, его усыновила адвокатская контора «Коссет, Тринг и Ноубл». Ты не станешь отрицать, что они не склонны поддаваться эмоциям. Если бы было хоть малейшее основание сомневаться, что он — Патрик, они бы его откопали. Они проверили каждый его шаг за эти восемь лет — с того самого дня, как он уехал из Англии.
— Разумеется, этот человек где-то жил и что-то делал все эти годы, и тут все сойдется. Но почему они считают, то он — Патрик?
— Ну, во-первых, он как две капли воды похож на тебя.
Саймон опешил.
— Как две капли воды? — пробормотал он.
— Да. Он даже больше похож на тебя сейчас, чем был в тринадцать лет.
Белая окаменевшая маска постепенно опять становилась похожей на живое человеческое лицо. Но теперь у Саймона был ошарашенный вид, как у боксера, побывавшего в нокауте.
— Саймон, дорогой, поверь, это — Патрик, — сказала Беатриса.
— Нет! Я знаю, что это не Патрик. Вам всем морочат голову!
— Но откуда ты это знаешь? — спросила Элеонора. — Я понимаю, что тебе нелегко, но нам всем будет нелегко заново привыкать к Патрику. Зачем же кричать, что это не он. Так уж случилось, и никуда от этого не денешься. Ты только себе делаешь хуже, отказываясь смириться с этим фактом.
— Как этот… этот тип, который называет себя Патриком, попал в Мексику? Как он уехал из Англии? Когда? На чем?
— Он уехал из Вестовера на судне, которое называется «Айра Джонс».
Саймон, похоже, не поверил; он пожал плечами и переспросил:
— Из Вестовера? Кто это говорит?
— Он сам это говорит. И по записям в портовом журнале это судно действительно отплыло из Вестовера в тот вечер, когда пропал Патрик.
На это Саймон не нашел что