Митран

за сорок, русые волосы и борода с проседью обрамляли вытянутое лицо с высоким лбом, острым носом и глубоко посаженными глазами, которые смотрели на окружающих с прищуром. Сташек же внешностью сильно походил на отца, был только худее, уже в плечах и без бороды.

  После ужина отодвинув лавки от стола все улеглись спать. Не смотря на усталость Виктор заснул не сразу, мешали беспокойные мысли, беспорядочно сменявшие друг друга воспоминания о событиях произошедших с ним после попадания в этот мир, нападение кочевников, костры на городской площади, предсмертное лицо Волта, долгий путь пленника и беглеца. Когда же он наконец уснул, пришли кошмары, пугающие образы не спешили отпускать его и во сне.

   Когда утром он проснулся хозяева уже суетились у печи, готовя что-то на завтрак.

  — Доброе утро, — поприветствовал он их.

  — И для тебя пусть это утро будет добрым, — ответил ему Делян, разливая горячий травяной завар по кружкам.

  Когда Виктор вернулся с улицы и уселся за стол завтракать Делян начал разговор.

  — Ты мил человек, куда идти-то собираешься?

  — А ближайшее поселение далеко отсюда? — поинтересовался Виктор, прихлебывая завар из кружки.

  — Ближайшее Заречье будет, — ответил Делян, — живем мы там.

  — А до города далеко?

  — Далеко. По лесу зимой в одиночку не дойдешь, — сообщил и он то, что и так знал Виктор, — Наши бывает весной туда на торг по реке ходят.

  — И далеко по реке идти?

  Задумавшись Делян ответил:

  — Четверо суток.

  — А что за город?

  — Севеж.

  — А мы сейчас в Митране? — после небольшой заминки, спросил Виктор.

  Делян озадаченно покосился на гостя и обстоятельно ответил:

  — В Митране, в дне хода на север от Заречья — княжество Вольское, в дне хода на запад — княжество Козельское, — и проглотив очередную порцию гуляша, добавил,- Весны тебе надо ждать.

  Гость надолго замолчал. Вяло, без аппетита, поедая гуляш Виктор обдумывал слова Деляна. Затем он опять обратил внимание на хозяина заимки и спросил:

  — Может подскажешь у кого я могу остановиться до весны в Заречье? Могу вещами расплатиться, а когда до города доберусь, деньги с купцами отправлю.

  — У меня можешь на постой встать. Два золотых, тулуп, шапка и сапоги. Устроит такая цена?

  — Устроит. Вещи весной отдам, а ты мне взамен куртку и обувки какие-нибудь дашь.

  — Договорились, — довольно щерясь улыбнулся Делян.

  Путь до поселения занял целый день. Они шли через лес на снегоступах, волоча за собой небольшие сани, нагруженные разделанной тушей оленя и другой добычей. Виктор увидел частокол, когда уже начало темнеть. Огибающий поселение частокол состоял из вертикальных врытых в землю заостренных бревен и Виктору показалось, что он был залит водой, поскольку отдавал блеском, характерным для ледовые скульптур.

  — Делян, кого это ты ведешь? — окрикнули их с находившейся у ворот сторожевой вышки.

  Виктор поднял голову и встретился взглядом с дозорным. Тот щурился пытаясь его рассмотреть в сумерках.

  — Гостя привел, — прокричал Делян в ответ.

   Поселение оказалось небольшим, в двадцать дворов. Дома здесь в отличие от южных и центральных районов княжества были деревянными и напоминали Виктору заваленные снегом русские избы. Они зашли в один из дворов, где их встретила молодая женщина.

  — Наконец то! Я уж не знала, что думать! — начала она причитать ещё у крыльца. Поправляя на ходу платок, она быстрым шагом подошла к саням и перебирая поклажу, сказала, — Знатно добычи привезли. Что ж так долго?

  — Метель, будь она неладна, — пробурчал Делян, завозя сани в пристрой.

  Тут женщина наконец-то обратила внимание на Виктора и озадаченно спросила:

  — Тятя, а это кто с вами?

  — Гость, Виктор зовут, — выкрикнул из под крыши Демьян, — У нас остановится, так что приготовь ему место.

  — Добрый вечер, — поздоровался Виктор и обозначил кивок.

  — Добрый. Меня Недой звать, — сказала она и пряча под платок выбивающиеся, непослушные светлые пряди волос, добавила, — пойдемте в дом.

  Внутри дом также оказался похож на русскую избу, центральную его часть занимала каменная печь, которую использовали не только для отопления и приготовления пищи, но и как спальное место. В большой комнате, куда они прошли через сени стояло несколько деревянных лавок, женская прялка и стол для совместной трапезы. Женщина, отодвинув занавешенную мешковиной нишу, где