Митран

Наблюдая за ней подумал, что бульон из кролика для больного ни сколько не хуже куриного.

  На рассвете разбудили стоны раненого, у него начался жар. Раскрыл рану, промыл и опять перевязал. Целый день занимался травами, собирал, обрабатывал. Больной метался в беспамятстве.

  Пока пациент был без сознания я с интересом рассмотрел его оружие: кинжал типа басселарда и обоюдоострый железный меч с прямым клинком длиной около 70 см., классической гардой — крестовиной и грибовидным навершием.

  Попробовал фланкировать мечом, не очень. Дед, конечно, обучал меня как потомка казаков, владению холодным оружием, но это были ножи и казацкая шашка, а не меч. Рассмотрел и так называемые доспехи этого воина: открытый шлем, напоминающий кожаную шапку с нашитыми на неё металлическими пластинами с бармицей из толстой кожи, а также кожаную удлиненную безрукавку также с защитными пластинами. Мальчишки всё это время, крутились рядом, с благоговением посматривая на непрезентабельное, на мой взгляд, имущество раненного.

  Толи иммунитет у местных сильный, то ли моё лечение оказалось эффективным, но на следующее утро больной пришел в себя, и вроде-бы неплохо себя чувствовал, во всяком случае, жар прошел.

  Женщина кормила его бульоном и что-то рассказывала. Я же перевязав рану, ушел рыбачить. Мальчишки увязались за мной, они теперь стали постоянными моими спутниками, всё-время крутились около меня, помогали мне собирать растения, ловили бабочек и кузнечиков для наживки.

  Интерлюдия

  Тортон, возвращался из Чертера, где выполнял поручение лэра Орварта. В город он проник ночью, с помощью контрабандистов, но люди лэра Гридича всё-таки его выследили, отбиться удалось чудом. Если бы не приказ лэра Гридича взять человека его врага живьем, то Тортон, скорее всего, пребывал уже в мире мертвых. Перевязав кое как полученную в схватке рану, Тортон ехал по пыльной дороге, до конечной точки оставалось добираться ещё несколько дней. Между тем слабость накатывала, мир стал мутнеть.

  «Кажется, впереди кто-то есть или мне мерещиться, лишь бы не гридичи» — думал он, всматриваясь в даль. Опознав в путниках крестьян, Тортон приблизился.

  — Если поможете мне добраться до Модира, я заплачу, — пообещал он.

  Крестьяне оказать помощь благородному человеку что-то не спешили. Они даже не поклонились!

  — Эй вы что, оглохли? Я же сказал, что заплачу, — он со злостью замахнулся на мужика, но тот отскочил и стал чем-то размахивать. Картинка расплылась, и Тортон потерял сознание.

  Очнулся он уже на рассвете. Ужасно болела рука, в горле пересохло. Рана была аккуратно перевязана. Подошедший мужчина напоил его с помощью ложки, каким-то отваром, затем раскрыл и промыл рану, после чего довольно ловко наложил повязку. При этом мужчина постоянно что-то говорил, но Тортон его понять не мог. Да и выглядел он очень странно.

  — Ты кто такой? — спросил Тортон.

  — Господин, — ответила подошедшая крестьянка склонив голову, — моя семья едет на приграничные земли. По дороге умер мой муж, а кто этот мужчина я не знаю. Он не понимает нашего языка.

  Дальше женщина рассказала, что встретили они его через два дня, как проехали город Чертер. Он помог похоронить её мужа и стал заботится об их семье. Кормит их целых три раза в день, раньше же у них не каждый день находилась пища. Никого не бьёт. Когда же она предложила ему себя, он отказался.

  Тортон исподволь рассматривал иноземца. В том, что это был иноземец, он не сомневался. Мужчина примерно 25 лет, высокого роста, руки без характерных мозолей от меча. На лице недельная щетина, бороду, наверно, начал растить. Держится с достоинством, взгляд не отводит, в глазах страха нет. Не простолюдин.

  Одет в довольно странную одежду темного синего цвета. Очень короткая туника с короткими рукавами. На тунике в районе груди сбоку был нашит небольшой серебряный круг. Причем сама туника не была подпоясана, но пояс у мужчины был, кожаный, изумительной выделки, и носил он его на штанах, которые имели для этого специальные петли. Штаны узкие, сзади к ним была прикреплена маленькая серебряная пластинка в форме овала с выдавленным рисунком птицы с распахнутыми крыльями.

  Волосы темно-русые, коротко стриженные как у воинов, но стрижка довольно странная. Головной убор не носит. На ногах, кожаные боты, Тортон никогда таких не видел. Одежда и обувь явно дорогие. На руке надет кожаный браслет, на который мужчина время от времени посматривал.

  «Кем он может быть? — думал Тортон, — Чужеземный лекарь? Тогда что он делает в Митране